— Да. Видишь ли, Бакстер, для того чтобы мы смогли наслаждаться жизнью, пользуясь огромным состоянием Трентона, нам придется принудить Ариану покинуть его, а затем, когда деньги окажутся в наших руках, обеспечить ее молчание, заставив исчезнуть… навсегда. — Ванесса вздохнула. — Я лучше, чем кто-либо другой, знаю, насколько тяжелым и утомительным бывает такого рода исчезновение, если, конечно, человек действительно не умер. При создавшихся обстоятельствах самым надежным выходом было бы, если бы Ариана умерла. Тогда Трентона обвинили бы в убийстве и посадили в тюрьму, а ты, дорогой братец, получил бы большую часть его огромного состояния в качестве компенсации за потерю единственной оставшейся в живых сестры. Но, чтобы показать вам, что у меня по-прежнему есть сердце, — продолжала Ванесса, не обращая внимания на выражение ужаса, застывшее на лицах Арианы и Бакстера, — уверяю вас, я не намерена убивать свою сестру, следовательно, такой образ действий, каким бы эффективным он ни был, совершенно неприемлем. Видите? — с издевкой заявила она. — У меня есть совесть.
Ни Бакстер, ни Ариана не ответили.
— По моему мнению, — заключила Ванесса, — наилучший выход — поместить Трентона в сумасшедший дом. Тогда Ариана сможет свободно пользоваться его деньгами… и мы тоже. Мы выберем это. — Она обратила на Бакстера взгляд своих холодных зеленых глаз. — Ты предлагал мне свою помощь. Теперь тебе предоставляется возможность оказать мне ее. Убеди нашу сестру написать письмо мужу, где она сообщит о своем страхе перед его вспыльчивостью и неуравновешенностью и попросит его обратиться за медицинской помощью. Иначе у нее не останется иного выхода, как покинуть его навсегда. Пусть она заверит его, что, если он согласится, чтобы его поместили в лечебницу, она не покинет его до тех пор, пока он не поправится… да заставь ее добавить какой-нибудь романтической чепухи, какую сочтешь нужной. А еще лучше — заставь ее написать два письма, одно в Броддингтон, другое в Спрейстоун. Тогда Трентон точно получит письмо независимо от того, где он сейчас находится. Если все выйдет так, как я надеюсь, Трентон окажется в сумасшедшем доме, а мы станем вполне состоятельными людьми. — Она стиснула зубы. — Если же у меня будет достаточно средств, могу не сомневаться, что Анри уже никогда не сможет причинить мне вреда снова.
— А если я не напишу письмо? — спросила Ариана. — Если вместо этого я обращусь к властям и расскажу им о вашем гнусном замысле?
— Тогда я убью твоего драгоценного муженька, Ариана. — Ванесса отбросила волосы назад. — Не забудь, мертвеца невозможно обвинить в убийстве. А если даже меня поймают и осудят за мое преступление, все равно это лучше, чем вернуться назад, к Анри. Так что видишь, сестренка, мне нечего терять. — Холодная улыбка коснулась губ Ванессы. — А тебе, дорогуша, к сожалению, есть что.
Броддингтон казался необычайно унылым, словно в отсутствие герцога тяжелое облако опустилось на его украшенные скульптурой стены. Трентон, нахмурившись, поднимался по ступеням лестницы и размышлял, не является ли охватившее его тревожное чувство игрой воображения. Бог свидетель, оно в последнее время часто играло с ним недобрые шутки. И все же.
— Тихо, правда? — выразил вслух мысли Трентона Дастин и окинул взглядом сад, прежде чем последовать за братом в дом. — В это время Ариана обычно бывает в саду, делая записи о различных летающих созданиях. Если только она не…
Он бросил взгляд на главную лестницу и оборвал фразу на полуслове. Если они не найдут Ариану здесь, то она вероятнее всего находится в новой гостиной Трентона, нанося последние штрихи, драпируя комнату.
— Если только не где? — почувствовав нерешительность Дастина, набросился на него Трентон.
— Ваша светлость! Я не ждал вас. — К ним поспешно подходил Дженнингс, огорченно мигая глазами-бусинками. — Я не получил известия о вашем возвращении.
— Я не посылал сообщения, — ответил Трентон. — Я решил вернуться с Уайта вместе с маркизом под влиянием порыва. Так что успокойся, Дженнингс. Ты никак не мог узнать о моем возвращении в Броддингтон.
Дженнингс явно почувствовал облегчение.
— Герцогиня уже обедает? — спросил Трентон, протягивая Дженнингсу свое пальто.
— Нет, ваша светлость. Герцогиня покинула Броддингтон на рассвете.
Каждый мускул в теле Трентона напрягся.
— Куда она поехала?
Нервно облизав губы, Дженнингс подскочил к столику для визитных карточек в холле и схватил записку.
— Она оставила сообщение маркизу.
— Я возьму его, Дженнингс.
Дастин поспешно развернул записку и держал ее так, чтобы они с Трентоном оба смогли ее читать.
