Ариана подняла голову и встретилась взглядом с Трентоном, он походил на злобного хищника. Холодок пробежал по ее позвоночнику.
— Бакстер хочет немедленно повидаться со мной, — с трудом выдавила она.
— Конечно, хочет, — отозвался Трентон с горькой насмешкой в голосе. Рот его сжался в суровую линию, глаза презрительно засверкали, проникая прямо ей в душу. Повернувшись на каблуках, он прошествовал к двери, со стуком распахнул ее и широким жестом указал на пустой холл. — Тогда во что бы то ни стало, миссис Кингсли… поезжайте.
Уиншэм остался прежним… и в то же время стал совершенно другим. Изменился ли он за ночь? Или изменилась она?
Ариана положила подбородок на руку и, прильнув к окну экипажа, наблюдала за тем, как приближается старый дом. Конечно, Уиншэм не очень велик по сравнению с Броддингтоном, но не его размер пробудил у Арианы странное чувство чего-то незнакомого. Прошло всего лишь два дня, но она, казалось, уже не принадлежала этому дому, он стал частью ее прежней жизни… жизни, которая ушла безвозвратно. Странно, но осознание этого не пробудило у нее грусти, а только мирное приятие. Несмотря на свойственные Трентону мрачность и противоречивость, он был ее мужем, и его дом стал ее домом.
Экипаж с резким толчком остановился. Ариана поспешно подобрала юбки, ее мысли обратились к Бакстеру и к таинственной записке, которую он прислал. «С ним что-то неладно? — с тревогой подумала она. Может, Бакстер попал в беду?»
Высадившись из экипажа, она поднялась по ступеням. Кулидж тотчас же открыл парадную дверь и низко поклонился.
— Миледи… простите… ваша светлость, — поспешно поправился он, — виконт ждет вас.
— Спасибо, Кулидж.
Ариана последовала за ним к кабинету Бакстера, ее позабавила торжественная официальность приветствия. Еще на прошлой неделе она жила здесь, носилась то в дом, то из дома, когда хотела, без официальных объявлений, возвещающих ее прибытие. Чем вызвано такое благоговение — ее недавно обретенным титулом или темным прошлым мужа.
Кулидж постучал в дверь кабинета.
— Да… войдите, — ответил Бакстер.
— Герцогиня Броддингтон, сэр.
Содрогнувшись от отвращения при упоминании имени Броддингтона, Бакстер встал, сложил письмо, которое только что закончил, и одарил Ариану одной из самых очаровательных своих улыбок.
— Привет, эльф. — Протянув руки, он подошел и нежно обнял ее.
Ариана отстранилась.
— Все в порядке? — спросила она. Бакстер моргнул:
— Конечно.
Уголком глаза он заметил, что дворецкий собирается уйти.
— О… Кулидж, — окликнул он и направился к двери.
— Сэр?
— Распорядись, чтобы это послание немедленно отправили, — тихо сказал Бакстер, вкладывая записку в ладонь Кулиджа. — Телеграфом. Это срочно.
— Конечно, сэр.
Бакстер коротко кивнул.
— И, пожалуйста, распорядись подать чай ко мне в кабинет, — сказал он уже нормальным тоном.
— Обязательно, милорд.
Сжав в руке записку, Кулидж ушел.
Мгновение Бакстер смотрел ему вслед, погрузившись в свои мысли. Затем, вспомнив о присутствии Арианы, глубоко вздохнул и резко повернулся, на губах его снова заиграла улыбка. Он должен действовать осторожно и не упустить возможности заручиться поддержкой Арианы. Без ее содействия не стоит и мечтать получить доступ к огромному состоянию Кингсли.
— Итак, как поживает моя красавица сестричка? — подмигнув, спросил Бакстер. — Я не успел встретить тебя внизу. Дай мне посмотреть на тебя… Ты словно видение.
— Я уехала только два дня назад, Бакстер, — сухо сказала Ариана, размышляя о том, имеет ли его лесть отношение к настоятельному приглашению. — Не думаю, что я так сильно изменилась.
Он усмехнулся:
— По-прежнему убеждена, что всего лишь заурядная Мышка, понимаю.
— Во всяком случае, Бакстер, вряд ли ты прислал за мной для того, чтобы обсуждать мою внешность, не так ли?
По лицу его пробежала тень.
— Теперь мне нужны уважительные причины, чтобы повидать сестру?
Сердце Арианы заныло от угрызений совести.
— Нет, конечно. Я только удивляюсь, почему ты прислал такую официальную и настойчивую записку.
Бакстер невесело рассмеялся:
— Но едва ли я смогу навестить тебя, не так ли? Приехать в Броддингтон и объявить о своем прибытии… Я, твой брат и глава семьи Колдуэллов? Боюсь, что это невозможно.
Ариана печально опустила глаза:
— Я понимаю тебя.
— Я так и думал, что поймешь. — Взяв ее за подбородок, Бакстер приподнял ее лицо и внимательно посмотрел. — С тобой все в порядке?
— Да, в порядке.
— Надеюсь, он не причинил тебе боли?
Ариана отвернулась.
— Причинил?
— Нет!
Она почувствовала, как запылали ее щеки. Ариана не сразу поняла, что вопрос Бакстера относился только к ее благополучию и не имеет ничего общего с теми распутными мыслями, которые в ней пробудил. Представление о ее физической близости с Трентоном тотчас же возникло в ее мозгу — глубина их чувств, страсть, неописуемое наслаждение, которое он ей дарил. Но причинил ли ей боль?
— Нет конечно, не причинил, — горячо запротестовала она.
Бакстер внимательно смотрел на нее еще минуту, затем кивнул.
— Очень хорошо.
Он пересек комнату и наполнил свой бокал.
— Хочешь чего-нибудь выпить?
