При звуке ледяного голоса Трентона Ариана застыла, сердце ее бешено забилось в груди. Ее память и губы все еще хранили воспоминания о неистовом натиске мужа, и инстинктивно она прижалась к Дастину еще теснее в поисках утешения и защиты. Одновременно она осознала, как компрометирующе они, должно быть, выглядят, сжимая друг друга в объятиях на полу конюшни, приникнув друг к другу, словно совершая что-то бесчестное.
Она не успела ничего предпринять, как Трентон грубо схватил ее за руку и, оторвав от Дастина, поставил на ноги.
- Тебе что-нибудь нужно, жена?
Ариана побледнела под его горящем взором, зубы его так крепко сжимались, что ей показалось, будто он готов наброситься на нее.
- Трент... не надо!- Дастин поспешно вскочил, его ошеломила неприкрытая ярость, отразившаяся на лице брата, на этот раз он понял истинную причину. Прекрати, пока не сделал того, о чем пожалеешь!
- Пока я не сделал того, о чем пожалею? - Трентон резко повернулся к нему, его кадык конвульсивно вздрагивал. - Я нашел свою жену, которая валяется на полу конюшни... с моим братом, не более и не менее... и ты хочешь, чтобы я взял себя в руки! - Его пальцы впились в руку Арианы. Наверное, я пришел в неподходящий момент.
Ариана поморщилась.
- Ты делаешь мне больно, - прошептала она.
- Разве?
Он резко отпустил ее, и она непроизвольно сделала шаг по направлению к Дастину.
Глаза Трентона метали молнии.
- Не выводи меня из себя, Ариана. Предупреждаю тебя, не зли меня.
Она обратила свое побледневшее лицо к Дастину.
- Возвращайся домой, дорогая, - сказал он ей, глядя на Трентона и словно не веря своим глазам. - Я хочу поговорить с братом.
- Дастин, - запротестовала она, - я...
- Не бойся, туманный ангел, - едко и зло бросил Трентон. - Я постараюсь сдержаться... и не стану убивать Дастина.
Ариана смотрела на него, впитывая его гнев, его ревность, всю силу его темперамента. Затем тоскливо последовала совету Дастина и ушла из конюшни.
***
- Ты что, и вправду сошел с ума? - взорвался Дастин в ту же минуту, как только они остались одни.
- А ты заметил? - парировал Трентон, отбросив ногой клок сена с дороги.
- Я много чего заметил. Пришло время и тебе кое-что заметить.
- Ты имеешь в виду свои чувства к моей жене?
- Нет... я имею в виду твои чувства к своей жене.
Глаза Трентона злобно прищурились.
- В этот момент я хотел бы ее придушить. И, если я правильно понимаю, она ожидает от меня именно этого. Или нечто худшее.
- Я не виню ее. Ты ведешь себя, как безжалостный маньяк.
- А ты намереваешься спасти ее от меня, не так ли?
Дастин фыркнул:
- Довольно этой идиотской болтовни, Трент. Мы оба прекрасно знаем, что между мной и Арианой ничего нет.
- Тогда о чем речь?
- О том, что ты постепенно влюбляешься в свою жену.
На лице Трентона отразилось глубокое потрясение, снова быстро сменившееся гневом. Если бы Дастин был менее наблюдательным, он упустил бы долю секунды, соединившую эти разные эмоции, долю секунды, когда на лице Трентона отразилась абсолютно неприкрытая паника.
Но Дастин хорошо знал своего брата, так что он только небрежно прислонился к стене, наблюдая за Трентоном, который, ударяя кулаками в дверь стойла, выкрикивал горячие слова отрицания, за которыми последовал поток брани.
- Надо полагать, такая мысль совершенно неприемлема, - весело спросил Дастин сквозь неистовый шум, учиненный братом.
Трентон пинком широко распахнул дверь стойла и с яростью набросился на Дастина:
- Неприемлема? Да она просто смешна! Ты прекрасно знаешь, почему я женился на Ариане! Она Колдуэлл. Последняя из Колдуэллов. И если то, что я вырвал ее из Уиншэма, причинит ее брату бесконечные страдания, значит, я принес себя в жертву не напрасно.
- В жертву? - Дастин вопросительно поднял бровь, не обращая внимания на то, что перед ним разверзлась черная преисподняя.
Трентон резко остановился:
- Хорошо, возможно, жертва - слишком сильное слово.
- Да, пожалуй. - Зубы Дастина блеснули в полутьме конюшни. - Принимая во внимание то, сколько времени ты проводишь в постели со своей жертвой.
- Я никогда не отрицал, что хочу Ариану. Она красивая женщина. Но то, что ты видишь, всего лишь похоть, а не любовь.
- Разве? - сразу стал серьезным Дастин. - Думаю, нет. Будь честен с собой, Трент. Тебе не кажется, что твои чувства к Ариане на редкость сильны, принимая во внимание, что твой брак вызван враждой.
- Все мои реакции на Колдуэллов чрезвычайно сильны.
- Сейчас мы обсуждаем не твою вражду.
Еще некоторое время Трентон казался рассерженным, затем гнев его постепенно угас, и на смену ему пришло какое-то противоречивое чувство.
- Она такая чертовски наивная, - пробормотал он. - И идет навстречу жизни с большой надеждой и верой. Наверно, во мне есть какая-то частица, желающая защитить ее от демонов прошлого... - Голос его стал тихим, перед его мысленным взором появились невидимые призраки. - И от меня.
Обретя самообладание, Трентон сосредоточенно посмотрел на брата:
- То, что тебе бросилось в глаза, всего лишь покровительство и, возможно, жалость.
