- Неужели никто никогда не рассказывал тебе эту легенду? - Голос ее прозвучал с изумлением и сочувствием, словно Трентон был лишен чего-то невероятно значительного. - Когда ты услышишь крик кукушки, то должен бежать и считать каждый крик до тех пор, пока не перестанешь его слышать. Сколько ты насчитаешь, столько лет добавится к твоей жизни. - Ариана посмотрела на небо. - Лето почти закончилось. Я теперь редко вижу кукушек. Эта прилетела с единственной целью - даровать нам время, чтобы насладиться всем этим великолепием.
Трентон вытянул перед собой ноги.
- Истинное чудо, - сухо заметил он. - Скажи мне, туманный ангел, сколько в целом лет добавили к твоей жизни кукушки, принимая во внимание тот факт, что это, возможно, пятидесятая кукушка, которую ты увидела?
- Ты не веришь мне?
Он повернулся, огорченный разочарованием в ее голосе:
- Не в тебе дело, Ариана. Я вообще мало чему верю.
- Знаю, - печально сказала она. - Но чего я не понимаю - так это почему цинизм так глубоко проник тебе в душу. В твоей жизни было много хорошего. Тебя же не всегда переполняла ненависть.
- Нет... не всегда. - Тень печали затуманила его лицо и отразилась в голосе.
- Дастин - замечательный брат, - настойчиво продолжала Ариана, не обращая внимания на тревожный предостерегающий трепет, пробежавший по позвоночнику. - Он, безусловно, должен приносить тебе радость.
- Дастин в последние годы был для меня своего рода спасательным кругом. Он не только прекрасный брат, но и лучший из друзей.
- Счастливец. Стоит пожертвовать многим рада таких проникнутых любовью отношений.
Печаль в ее голосе нарушила обычную сдержанность Трентона, у него неожиданно возникло желание ее утешить.
- Мне кажется, Тереза предана тебе, словно родная мать.
При упоминании имени Терезы на губах Арканы появилась нежная улыбка.
- Да, предана. Я ей ужасно благодарна... Она дарит мне не только любовь, но и помогает сохранять душевное равновесие. - Ариана бросила на Трентона озорной взгляд. - Возможно, ты не заметил, но я порой теряю ощущение реальности.
- Разве? Как странно, - в том же тоне отозвался Трентон. - Когда же это происходит? Когда ты гоняешься за птицами?
- Или за фантазиями, манящими меня. - Она обхватила колени руками. Порой мечты предпочтительнее реальности.
Он тотчас же стал серьезным.
- Неужели твоя жизнь была такой трудной?
- О нет. Не трудной. Мне позволяли жить так, как я хочу, не предъявляя почти никаких требований. - Ариана подняла горсть песка и принялась медленно просеивать его, пока говорила, вспоминая детство. И оно, словно поток песчинок, просыпалось между пальцев. - Думаю, мне всегда хотелось чего-то явно своего, что помогло бы утвердить мою индивидуальность. После смерти мамы и папы меня как будто понесло течением. Бакстер и Ванесса были уже почти взрослыми. Их жизненный путь определился. Бакстер - блестящий бизнесмен, которому предстояло управлять имуществом Колдуэллов. Ванесса стала красавицей, признанной в обществе образцом изящества и обаяния. А я? Я не отличалась ни блестящим умом, ни красотой, короче говоря, была вполне заурядной, и мне следовало самой найти для себя надлежащее место в жизни. Я так и сделала, когда стала старше. Я открыла для себя красоты природы и никогда не жалела об этом.
С философским спокойствием пожав плечами, она повернулась к Трентону, и ее ошеломило выражение сдерживаемой ярости на его лице. Она внезапно поняла значение своих слов.
- Извини, Трентон. Я не хотела заводить разговор о Ванессе.
- Как ты можешь так думать? - сердито перебил Трентон.
- Как думать?
- Что ты посредственность, что твои брат и сестра были выше тебя и достойны зависти. Боже, Ариана, неужели ты не знаешь правды? Твой блистательный брат не сделал ничего лучшего, кроме как промотал семейное состояние, - выпалил Трентон, прежде чем успел обдумать свои слова.
- Он не хотел. Это только потому...
- А что касается Ванессы... - Слова срывались с губ Трентона, словно сами по себе. - Да, твоя сестра было ослепительно красивой женщиной, но и только. Твоя красота гораздо живее, ярче. Неужели ты сама не видишь? - Он в изумлении покачал головой. - Ты и вправду не видишь? Ты совершенно не осознаешь, какая ты невероятно красивая, какая умная, какая непохожая на других? Черт побери, Ариана, в тебе нет ничего посредственного!
- Не надо, Трентон. - Ариана решительно поднялась и повернулась к нему спиной. - Не лги мне. Я могу смириться с твоими тайнами, но не вынесу твою ложь. Я прекрасно знаю, что собой представляю, и не могу сравниться ни с Бакстером, ни с Ванессой. Я недостаточно практична, чтобы можно было считать меня умной... Постоянно витаю в облаках. И хотя я довольно приятна на вид, но никогда не смогу сравниться по красоте с Ванессой. Так что давай не будем притворяться.
Трентон встал, затем развернул Ариану к себе лицом и взял в свои ладони ее подбородок.
