- Неудивительно, что она разбилась. Но, тем не менее, она дышит и чертовски удачно упала. Трава здесь очень густая и, судя по тому, как естественно раскинуты крылья, можно предположить, что они не сломаны.
- Мы должны позаботиться о ней, Трентон, я никогда больше ни о чем не попрошу тебя... но, пожалуйста, помоги мне спасти ее.
Не говоря ни слова, Трентон поднял раненую птицу, встал и направился к входу в хлев.
- Нам лучше поторопиться прежде чем она придет в себя и выцарапает мне глаза.
- Спасибо, - только и сказала Ариана, вставая и следуя за ним.
Пока Трентон держал сову, Ариана поспешно прошла в хлев и нашла небольшую клеть.
- Помести ее в дальний конец хлева, там теплее, - распорядилась она, неся с собой клетку. Она подождала, пока Трентон положил сову на пол, затем накрыла безжизненную птицу клетью. - Побудет в заключении, пока не наберет достаточно сил, чтобы летать.
- Я потрясен, - признался Трентон. - Сам не знаю почему. Ты явно и прежде лечила больных птиц.
- Да... но эта птица особенная. - Она опустилась на колени рядом с клетью. - Она вольно парит в небе где угодно... и все же находит меня в самые нужные моменты, мой бесценный символ надежды. Она похожа на тебя, Трентон, - так много способна дать и все же всегда в неустанном поиске, не знает, где ее место, и пытается найти его. - Ее взгляд, устремленный на сову, стал нежным. - Моя удивительная странница... мой Одиссей. - Она вздохнула. - Возможно, все мы в конце концов похожи - все мы странники, все мы в поиске, отважно вступаем в мир в надежде найти свою истинную цель.
- В твоих словах столько глубокого смысла, и ты еще сомневаешься в своей незаурядности. - Трентон склонился над ней, собрал шелковистые пряди каштановых волос и прижался губами к ее затылку. - Боюсь, что зрение у тебя хуже, чем у твоей любимой странницы. Она не видит только стекло, а ты не видишь своей собственной ценности. - Трентон бережно помог ей встать и, приложив палец к ее губам, не дал ей ничего возразить. - Твоей пациентке нужен покой. Так же, как и тебе, если ты хочешь быть сильной, чтобы как следует ухаживать за ней и вернуть ее к жизни. Пойдем спать.
Ариана взглянула на него через плечо и в нерешительности закусила губу.
- Не хочу оставлять ее. А вдруг она проснется? И испугается. - Она отвернулась от Трентона. - Ты иди спать. Я присоединюсь к тебе позже.
Трентон не ответил. Он задумчиво посмотрел на жену, затем молча вышел из хлева.
***
Ощущая, как опускается вечерняя прохлада, Ариана свернулась клубком у клети, обхватив себя руками, чтобы согреться. Она думала о том, что, наверное, рассердила мужа, отказавшись последовать за ним. Если так, она не может винить его. В конце концов, такая привязанность к сове, возможно, показалась ему странной.
Дверь скрипнула, и минуту спустя Трентон опустился рядом с ней и накрыл их обоих одеялом.
- Так по крайней мере мы не подхватим пневмонию, - пробормотал он.
Ариана подняла глаза, и на ее лице, сменяя друг друга, отразились удивление, благодарность и наконец нежность.
- Нет, не подхватим, - прошептала она.
Рыжевато-коричневые глаза открылись, изумленно моргнули, зажмурились, затем снова открылись. Сова медленно подняла голову и, неуверенно устремив взгляд сквозь решетку клети, встретила сочувственный взгляд своей спасительницы.
- Не бойся. Одиссей, - пыталась успокоить ее Ариана, сердце ее заныло при виде затуманенного взгляда великолепных топазовых глаз. - С тобой все будет хорошо. Никто не обидит тебя.
Вместо ответа голова птицы склонилась на сено, и глаза ее закрылись.
- Трентон... - Ариана невольно сжала руку мужа под одеялом.
- Она просто уснула, туманный ангел. - Трентон так же, как и она, не спал. - После контузии часто наступает апатия, и это вполне естественная реакция.
- Что мы можем для нее сделать?
- В данный момент - ничего. Она открыла глаза - это хороший знак. Возможно, она будет подолгу спать в следующие несколько дней. А мы пока будем держать ее в клетке, в тепле и сохранять терпение.
- Она должна поправиться, - выдохнула Ариана, обращаясь скорее к себе и вспоминая о том, как сова всегда появлялась, когда была особенно ей необходима. Она молилась о том, чтобы ей удалось в знак благодарности исцелить птицу.
- Она поправится. - Трентон обхватил ладонями ее взволнованное лицо. Даю тебе слово.
- Откуда у тебя такая уверенность?
Трентон провел большим пальцем по ее холодным губам.
- Потому что твоя нерушимая вера способна исцелить и нечто большее, чем всего лишь раненую сову.
Выражение лица Арианы смягчилось, теплый свет зажегся в ее глазах.
- Я думала, что ты не веришь в исцеление.
- Я тоже думал, что не верю.
Ариана приподнялась и нежно поцеловала мужа в губы. Откинувшись, она зевнула.
- Мне внезапно очень захотелось спать. И теперь, когда я не сомневаюсь, что Одиссей поправится, мне бы хотелось немного отдохнуть. - Она уютно закуталась одеялом. - Видишь, я была права, - сказала она, закрывая глаза, ты действительно замечательный человек.
