- Он знает немецкий, латынь и французский. Очень образованный и культурный человек, люди к нему тянутся.
- Дочку мою таким словечкам учит – я только в бою ними пользуюсь, да и то при выключенном передатчике.
- Он удивительно умеет сочетать в себе воина и священника.
- На Руси это повелось давно. Великие герои древних легенд были монахами. Есть сведения о берсерках, такой в одиночку весь Шаолинь мог бы разогнать.
- Каждый народ имеет похожие легенды. О вас тоже когда-то будут петь внуки.
- Дожить бы до них, пусть поют. Лишь бы не плакали.
Накатили по второй, доктор довёл меня до оставшейся за флагмехом каюты. Спирт мягкой волной разлился в натруженных перегрузками мышцах. И снился мне не страшный мистер Шепард, а Сара, исполняющая пилотаж над Ковчегом. Совсем не боялся за неё!
Кто-то поставил у кровати инвалидную трость. Доплавался. Хромаю на мостик, тихонько примостился на диване. Не до инвалидов сейчас. Операция в разгаре. Все три наших корабля ощетинились стволами и антеннами адских излучателей. "Пиранья", как всегда, охраняет подступы с моря. Хуан с одним из курсантов отца Фёдора порхает над заливом. Два вертолёта держат под контролем выжженную территорию и окрестности. Крупный десант прочесывает бывшее селение, входы в бункера старательно минируются под руководством Ника. Мощные взрывы. Технология отработана, результаты ожидаемы. Вадим со своими архаровцами врываются в подземелья. Ни грамма сочувствия не испытываю к осаждённым. Палачи должны понести заслуженную кару. Заезженная, но непреложная истина. Наверх поднимаются десятка четыре измождённых, напуганных людей. Их не забросали гранатами только благодаря Вадиму, который расслышал русские вопли. С их помощью вытаскивают на поверхность останки полутора сотни военных. Остальные слишком понадеялись на свои ракеты и крейсер. В дымящихся развалинах от них не осталось и следа. Профессору не медаль, а памятник надо ставить при жизни. Когда я, ковыляя, спустился в закрома, то просто глаза разбежались. Запаслив русский человек. Даже ливанские сокровища уступали в разнообразии и количестве. Два оплавленных БТРа я видел наверху, еще два блестели новизной в подземном ангаре. Несколько джипов. Два красавца Ми-24 и огромный боезапас уже обследуют поступившие в отряд русские пилоты и механики, прилетевшие с ними. Оружием, горючим и техникой теперь обеспечены наши внуки. Отец Фёдор отсутствовал. Мне указали подземный переход. Такого я не видел даже в кино. Целый аэродром под сводами гигантской пещеры. Мощная гидравлика уже раздвинула створки титанического люка. Но даже на "Чайке" я бы не рискнул вписаться в этот проход. Видно, лётчики здесь обитали не моего уровня. Майор с Джоном уже обживали кабину двухместного красавца Су-27. Поднимаюсь по приставной лесенке. В жизни не разберусь в этих дисплеях и кнопках. Руки пилотов ловко бегают по переключателям.
- Пора переучиваться, сын мой.
- Только вторым пилотом. Я ни за что не справлюсь. Не на любителя машина.
- Это точно. Здесь немного по-другому, но "Сушка" есть "Сушка". И зачем они все "грачи" выпустили? Я бы показал, на что способен настоящий штурмовик.
- А ведь на Ковчеге нет подходящей полосы.
- Я связался с Юргеном, он бросил технику и людей. Обещал удлинить и расширить твою полосу. Наш аппарат сядет и на грунтовку, со временем построим бетонную. Но для начала испытаем птичку на последнем плацдарме этих нечестивцев.
- Вы рискнёте после этого зайти в эту дырку? У него же посадочная скорость в два раза выше, чем предельная на "Чайке"!
- У них получалось. И у нас получится. Это мощная машина. Навешаем ракет – я и без адских молний устрою маленький Армагеддон. Сегодня же. Майкл с Ирвином пойдут на наших машинах, а я с Джоном на этой. Перебежчики тоже рвутся в бой, они дали подробный план укреплений. Их взлетало четверо, но какой-то мерзавец выпустил стингер вдогонку. Ребята злые, хотят отомстить. Вторые пилоты примут штурвалы, на их место – моих курсантов. Это лучшая школа. Если банда не унесла ноги на Урал, её часы сочтены. Эта база не успела толком обустроиться, там всего пара сотен штыков, работников не успели наловить. Не с кем воевать.
Через час семь вертолётов уходят на юго-восток. Теперь мы – страшная сила. "Чайка" на большой высоте контролирует обстановку. На краю подземной полосы наблюдаю взлёт истребителя. Закладывает уши от рёва турбин, и вот уже только точка на горизонте. На пункте управления полётами слушаю эфир.
- Монах на позиции. – его позывной ещё с Афганистана.
Вертолёты обложили врага со всех сторон, не дадут мыши проскочить. Доклады о готовности. Сжимают кольцо.
- Я Монах. Атакую!
"Чайка" голосом Хуана:
- Там земля горит. Воздух дрожит от взрывов! – мой напарник ликует, я уже хорошо знаю его южный темперамент.
- Я Монах. Прочесать местность. Освободить северный сектор для самолёта.
Бой был коротким. Через пятнадцать минут всё кончено. Они не оставили камня на камне.
- Нора, я Монах, включай наведение.
