Практичные французы также произвели и экономизацию дипломатии. Усилено внимание к соглашениям на межправительственной основе, которые заключаются зачастую во время официальных визитов высокопоставленных членов правительства. Французские фирмы не имеют такого успешного опыта борьбы за внешний рынок, как их западногерманские или японские конкуренты. Поэтому государственные органы стремятся составлять «пакеты» из предложений отдельных компаний и включать их в общие условия соглашения с другим государством. Особенно широко такая практика стала распространяться в отношениях с нефтедобывающими государствами. Для продвижения экспорта в рамках крупномасштабных проектов при министерстве промышленности учрежден специальный отдел. Примечательно, что при образовании этого отдела на должность его руководителя перевели высокопоставленного чиновника из министерства обороны, ответственного за экспорт вооружений. Комментируя это назначение, обозреватели отмечали, что здесь, очевидно, потребуется то же самое «дипломатическое искусство межправительственных торговых переговоров»[31]. Во Франции создано и специальное министерство внешней торговли, но оно играет подчиненную роль по отношению к министерству промышленности. Министр внешней торговли — это лицо, выполняющее скорее функции дипломатического представителя — «путешествующий министр для ярмарок и выставок».
В настоящее время одной из главных задач французской дипломатии является не допустить совместного выступления ФРГ и Великобритании против Франции, в частности, по вопросам сельскохозяйственной политики, хотя здесь уже и пришлось пойти на значительные уступки. Дипломаты вовсю трудятся над тем, чтобы сохранить ось Париж — Бонн как основателей Европейского экономического сообщества. Елисейский дворец считает эту ось очень важной для себя.
При вступлении в должность президента Франции Миттеран сформулировал сущность внешней политики Франции следующим образом: «Не примыкать ни к кому, но и не стремиться к изоляции. Независимость и солидарность». Нелегкая эта работа лавировать в таком изобилующем подводными рифами капиталистическом мире.
Великобритания:
маневрирование в ожидании лучших времен
Главная сила английской дипломатии всегда заключалась не в тех декоративных фигурах, которые сидят в роскошных помещениях посольств и миссий и умеют ослеплять окружающих блеском своих должностей и престижем представляемой ими империи. Эти эффективные фигуры в значительной мере выполняют то, что им предписывается свыше. Сила английской дипломатии в ее многочисленных агентах, в особенности в тех преисполненных предприимчивости, ловкости и авантюристического духа полковниках, которые в Аравии руководят враждующими царьками и князьками, играют курдскими феодалами то против Персии, то против Турции, подстрекают одни азиатские племена против других…
Так говорил об английской дипломатии 60 лет назад наркоминдел СССР Г. В. Чичерин.
С тех пор, как говорится, много воды утекло. После войны империя быстро разваливалась, колонии одна за другой становились независимыми государствами.
На долю английской дипломатии выпала в послевоенное время задача хуже не придумаешь: удержать во что бы то ни стало рушащиеся позиции мировой державы. Опыт, нажитый во времена «величия и мощи», теперь мало что мог дать, хотя… Сразу же после окончания войны перед дипломатами из Форин оффис было три круга интересов, как их перечислил У. Черчилль в его известной Фултонской речи: «…особые отношения с США, Содружество наций, а потом уж — Западная Европа». Но, как оказалось, в конце концов пришлось уделять основное внимание Западной Европе, а здесь опоздали. В 1957 г. присоединиться к Римскому договору не захотели — другие сферы интересов представлялись более важными. Все экономические усилия были брошены на поддержание падающей роли фунта стерлингов в качестве резервной валюты, даже в ущерб развитию национальной экономики.
Вся изощренность дипломатов оказалась бессильной укрепить ослабленные экономические позиции бывшей империи в мировой экономике. Фунт продолжал легчать, экономика катилась вниз. Вступив в Общий рынок в 1973 г., Англия привела с собой Данию и Ирландию, но ассоциация с ними дипломатического веса в конфликтных ситуациях в Сообществе особенно не прибавила. Ведущей роли в Сообществе занять также не удалось: не позволял экономический потенциал, да и опыта не было. Великобритания не столь «европеизирована», как Франция или ФРГ. За ее плечами длительный исторический опыт интересов в других регионах.
Как писал сотрудник Французского Института международных исследований в Париже Филип Моро Дефарж: «Сообщество до сих пор не переварило свое расширение, происшедшее в 1973 г. У англичан совсем иное представление о Европе, чем у французов и немцев, т. е. у тех двух стран, которые создали Сообщество».
