— Откуда Нина Максимовна Высоцкая, в девичестве Серегина, — кто она? Это простая русская женщина. Мать у нее была швея из деревни Утицы, что на Бородинском поле. Отец — из Тамбовской губернии. Он служил в гостинице, куда его взяли за роскошную бороду швейцаром. Кстати, помните ли, какую бороду, тоже роскошную, не раз отращивал и Володя? Пробы на Андрея Рублева, пробы на Пугачева, — там везде чудо какая борода у Володи.
У Нины Максимовны есть природное, здоровое честолюбие, оно ей много помогало в жизни, стимулировало ее. Так, она начинала свою трудовую деятельность в НИИ Министерства химического машиностроения, в очень скромной должности технички. Но, имея большие способности к иностранным языкам, она, не получившая высшего образования, овладела немецким и потом работала с этим языком. А трудовую книжку свою, которая начиналась с технички, она «потеряла» — не нравилась ей эта первая запись, хоть, по-моему ею можно было гордиться. Работал же Горький в юности и в булочной, и грузчиком. Важно что человек сам себя создавал, был строителем собственной личности.
Что очень интересно, — у Нины Максимовны есть несомненные артистические данные. Неплохая актриса получилась бы из нее, будь на то благоприятные условия. Но таких обстоятельств не было у нее ни в раннем, ни в зрелом возрасте. Сына — Володю — воспитывала одна. Ведь с Володиным отцом Нина Максимовна совсем мало пожила, они разошлись довольно быстро. И она мужественно несла это бремя воспитания мальчика, пока Семен Владимирович, ее бывший муж, перед своим отъездом на военную службу в Германию, не навестил их дома и не увидел, что она и Володя живут в самой настоящей нищете. У нее была и зарплата мизерная и жилищные условия скверные.
— К тому же, как о том говорит и Семен Владимирович, у Володи никак не складывались взаимоотношения с Бантышем, вторым мужем Нины Максимовны.
— Да, и это! И Семен Владимирович решился предложить ей такой выход: отдай, мол, пока мне сына, пусть поживет со мной за рубежом, ему будет хорошо!
Нина Максимовна тут совершила один из самых самоотверженных своих поступков, хотя многие трактуют это с противоположных позиций. Она оторвала от себя сына, разрешив Семену Владимировичу взять Володю с собой. Рассудок совершил победу над ее материнским сердцем, над инстинктом. Кто может осудить ее за это? Только не я! Хоть я, например, как и многие другие матери, в такой ситуации наверняка сказала бы: «Отдать?! Нет, никогда!». И чего бы добилась по рассужденьи здравом? Ребенок делил бы со мной все горести и лишения и не знал бы, что такое здоровые радости детства! Ведь ни нормального питания, ни игрушек, ни мальчишечьей мечты — велосипеда, — у него не было бы. А в Германии у отца он все это получил, к тому же его там и на рояле играть обучали, что ему и пригодилось впоследствии, когда он стал актером.
— Вы упомянули об артистических данных Нины Максимовны. А как они проявлялись? Это очень интересно и в плане генного наследования Владимиром Семеновичем!
— Да, генное наследование несомненно. Что сразу бросалось в глаза, это очень похожий у обоих тонкий юмор. О том, как Володя исполнял такие песни как «Милицейский протокол», «Инструкция перед поездкой за рубеж» или «Диалог у телевизора» слышали очень многие. Но, конечно, мало кто знает, как комически преподносит Нина Максимовна совсем не комические истории, которые с ней происходили. При этом ее лицо, мимика, взгляд меняются в зависимости от того, кого бы она хотела показать, изобразить. Очень смешно, очень выразительно получается, не хуже, чем у признанных комических актрис!
Помню ее рассказ о спичке и о мужчине, который опаздывал на работу.
…На остановке троллейбуса — это было давно — мужчина сильно чиркнул спичкой, чтобы закурить сигарету. Горячий кусочек серы отлетел Нине Максимовне в глаз! Она одной рукой прикрыла глаз, боясь даже моргнуть, чтобы, не дай Бог, не попала бы эта злосчастная сера куда-то в глубину глаза. А другой рукой она буквально вцепилась в этого мужчину с сигаретой, требуя, чтобы он препроводил ее в травматологический пункт. Уж люди на остановке и в глаз ей заглядывали, и ничего-то там, кроме легкого покраснения белка не видели, и к сочувствию к опаздывающему взывали, и сам он громко и драматически просил прощения, но она настойчиво, не отпуская ворот неосторожного курильщика, продолжала требовать, чтобы он эскортировал ее в травмопункт. И тот вынужден был ее препроводить. Опоздал, конечно, на работу, но доставил. Все это Нина Максимовна показывала с такими забавными ужимками и на разные голоса, вызывая просто взрывы смеха у нас, слушателей!
Еще была у нее незабвенная встреча… с двумя огромными сенбернарами в лесу, зимой.
Бесстрашная женщина, она гуляла как-то зимой по лесу. Одна. Дышала кислородом, прогуливалась. Вышагивает она, этак медленно, вдумчиво, по снегу, любуется на ели и березы, вдыхает глубоко воздух… И тут вдруг, откуда ни возьмись, выскакивают на нее два огромных сен-бернара.
