Экранизации не подлежит полностью

У Хрякина озарение на лице. Он ухмыляется и щелкает пальцами.

Хрякин(Алле). А ну-ка, принеси мне список наших объектов культурного наследия.

«Ну вот, — подумал Григорич, грызя кончик карандаша. — Вот и ППП — первый поворотный пункт истории, а иными словами вот она и есть — пресловутая первая точка невозврата. Если, конечно, Хрякин решится осуществить свой план — слабенький, рискованный, но какой есть. На другой уже нет времени — рейтинг падает, а кресло терять, ой как, не хочется».

Алла(с тревогой). Николай Ильич, но сносить памятники небезопасно. Можно не угадать и…

Хрякин (внушительно). А ты угадай, девочка. Угадай, если на панель вернуться не хочешь.

Алла послушно кивает и выбегает из кабинета.

Тойота мэра едет по центру города. Вокруг банки и рестораны. Хрякин напряженно смотрит в окно. Алла рассказывает о памятниках коту Бегемоту и Пушкину. Они установлены рядом друг с другом у входа в детский парк.

Алла. Их обоих поставили еще при бывшем мэре и в районе тут же начались неприятности.

Хрякин. Какие же?

Алла. Кто мимо пройдет, у того либо сердце схватит от странного взгляда кота, либо под машину бросится безо всякой причины. А на той неделе ураган страшный был, помните? Ну, когда мы с вами в лодке перевернулись, а потом грелись у костра. Но вы так замерзли, что мне пришлось…

Хрякин кашляет в кулак и пучит глаза. Алла прикрывает ладошками рот, поглядывая на улыбающегося водителя.

Алла(робко). Ветром книжку из рук Пушкина как вырвало и прямо в голову маленькой девочке, представляете? Она и сейчас еще в больнице с сотрясением.

Хрякин. С сотрясением, говоришь? Хорошо… (Смотрит в окно.) А почему вообще Бегемот?

Алла. Не знаю. (Пожимает плечами.) Документы потерялись, но говорят, что памятник очень похож на кота, что на нашем гербе.

Хрякин(задумчиво). На кота…На кота… А Александр Сергеевич? Он часто бывал у нас?

Алла(уверенно). Ни разу.

Довольный Хрякин делает знак водителю остановиться.

В парке вокруг памятника коту Бегемоту толпа молодежи, мамаш с маленькими детьми и беременных женщин. Кое-где можно наблюдать бритоголовых мужчин мощного склада в черных куртках с нашивками «За дело!» В позах сторожевых псов они зорко посматривают по сторонам и готовы к бою по любому жесту их вожака — высокого сутулого мужчины в надвинутой на лоб шляпе, по фамилии УДОДОВ (31). Удодов стоит сбоку от сколоченной сцены, с которой Хрякин в сопровождении Аллы и соратников энергично жестикулирует и орет в мегафон.

Хрякин. Граждане, вы только взгляните! (Показывает пальцем в сторону памятника Бегемоту.)

А теперь ответьте, может ли подобное убожество принести славу нашему городу и сделать счастливыми ваших детей? А? Может?!

Из толпы выкрики, спровоцированные бритоголовыми по отмашке Удодова: НЕТ! НИКОГДА! УБОЖЕСТВО!

Хрякин. Откуда же взялось это уродство, как не от бывшей власти оборотней! Это они насаждают нам свою чуждую культуру. Это они заставляют вас и ваших детей говорить на их птичьем языке. Это они искажают и душат наше многострадальное прошлое, чтобы ваши дети никогда не увидели светлого будущего. Никогда! А что же они увидят, спросите вы? Голод и нищету. Куда их толкают? На гастарбайтерство и войну. Ради чего? Ради такого вот убожества, которое вконец искалечит их и превратит в бессловесных рабов.

Кто-то из толпы выкрикивает: Руки коротки!

Хрякин(одобрительно кивая). Вот слова настоящего патриота. Возродим же свою национальную культуру. Хватит жить по указке засланных к нам наймитов. Сколько мы натерпелись от них!

Одобрительные возгласы и аплодисменты. Хрякин обращает внимание толпы на памятник Пушкину.

А это знаете, чьи слова? (цитирует из Пушкина.) «Самовластительный Злодей! Тебя, твой трон я ненавижу, Твою погибель, смерть детей С жестокой радостию вижу». А?! Каково? Как можно было такое сказать о детях! И это — наше все? Нет, друзья. Это — не наше! Не допустим же больше трагедий, какая совсем недавно произошла вот тут на этом самом месте с маленькой девочкой. Подобные случаи есть не что иное, как провокации со стороны врагов. Все вы знаете их имена!

Из толпы зычно донеслось: Знаем! Знаем! Из толпы в сторону памятника Пушкину летят редкие камни. Хрякин неожиданно для всех падает на колени. С трагической миной в голосе он произносит:

Я прошу прощения у матери этой девочки за бессовестную политику бывшей администрации, а также у матерей других пострадавших детей.

Хрякин передает мегафон Алле и незаметно шлепает ее по заднице. Та оживает.

Алла (торжественно). Сегодня из фонда защиты детей, который возглавляет наш уважаемый и всеми любимый мэр Николай Ильич, на лечение Машеньки была перечислена крупная сумма. Мы сделаем её счастливой. Но главным счастьем для девочки был подаренный ей щенок.