Экранизации не подлежит полностью

Удодов. Прошу прощения, Николай Ильич. Но мы не бандиты. Мы ваш народ и действуем по вашему приказу.

Хрякин(отстраняясь). Вы пойдете под суд. Я ничего вам не приказывал.

Удодов. Как это не приказывали, учитель?

Хрякин. Учитель?

Удодов. Конечно. Мы теперь навсегда под вашими хоругвями. И не стоит сбивать с пути своих лучших учеников. А если и перегибаем, то только чтобы превзойти вас.

Хрякин. Вон! Уволен! Все уволены.

Удодов. Народ уволить нельзя, хозяин.

Хрякин. Вы что, не соображаете, что происходит? Как только вы разрушаете памятник, уничтожается жизнь, перечеркивается вся история человечества и исчезаю я, вы и все-все-все. Остановитесь же, прошу вас.…

Удодов. Это не наша история — чьи слова? Поздно, учитель. На полной скорости байкеры не любят поворачивать, а народ — тем более. Уйдите с проезжей части, мой вам совет.

Хрякин(скрежеща зубами). Да я вас, пьяниц, в порошок…

Удодов (с усмешкой). Не надо пугать, хозяин. Потому что если мы протрезвеем, никому мало не покажется. (Уходя.) И еще: слепые мэры народу не нужны.

Хрякин швыряет пультом в телевизор. Слышит новости.

Диктор. На протяжении последних дней в городе наблюдается нестабильность, проблемы с обеспечением магазинов продуктами, рост малолетней преступности и эпидемия пока еще неизвестного заболевания. В связи с этим кампания мэра Хрякина хоть и набирает обороты, но у большей части населения вызывает недоумение, а в некоторых районах города происходит… Вот нам еще сообщили: снесен памятник Курчатову. И тут же экстренное сообщение из службы безопасности АЭС. Просьба граждан соблюдать спокойствие пока на реакторе ведутся профилактические работы. Несмотря на известные трудности, мы, тем не менее, от всего сердца желаем мэру Хрякину успехов на своем нелегком пути.

Хрякин воет белугой и вылетает из кабинета, спотыкаясь на бегу.

Хрякин едет на велосипеде, падает, ранит коленку и плачет. Садится на крыльце школы. Чувствует тепло ладони на своей голове. Хрякин хватает чужую руку, нюхает и вглядывается в женщину, склонившуюся над ним. Видно смутно, но он разглядел. Это его первая учительница — Нина Николаевна Соловьева (56).

Хрякин(сглатывая слюну). Господи…

Нина Николаевна(мягко). Нет, Коля, это я. А ты ничуть не изменился, все такой же сопливый плакса. (Смеется).

Хрякин опирается о руку учительницы и встает. Оглядывается и не узнает своей школы. Видит развалины памятника Макаренко и переводит встревоженный взгляд на Нину Николаевну. Она рассказывает о пребывании здесь его бойцов, об устроенном ими митинге, об учиненном вандализме, о наглом и бесцеремонном обращении с ней самой. Хрякин только теперь замечает, что Нина Николаевна все время потирает шею смоченным водой платком. На коже явственно проступают синевато-багровые гематомы.

Хрякин(в ярости). Я убью их.

Нина Николаевна(мягко). Ничего, Коля. Они были нетрезвы да я и сама виновата. Не надо было вступать в дискуссию с неандертальцами. Ой, прости, пожалуйста. Мне не стоило.

Хрякин. Они пожалеют. Они новую школу вам… И двойную, нет, тройную пенсию я лично…

Нина Николаевна. Не надо, Коля, не старайся. Я все равно буду за тебя голосовать. А они… Они несчастные люди, которых никто пока не любил. Их просто очень запутали и внушили, что они больше не люди, а жалкие безмозглые рабы. Но придет время, а оно придет, они разберутся и поумнеют. И вот тогда начнется самое страшное.

Нина Николаевна умолкает и грустно улыбается. Хрякин с тоской смотрит на окна школы, из которых никто не высовывается, на вестибюль, по которому никто не носится и на странный транспарант, криво свисающий с фасада: ВСЕ НА БАРЬБУ З БЕСГРАМАТНАСТИ!

Хрякин. Скажите, Нина Николаевна. А зачем вы будете за меня голосовать?

Нина Николаевна(глядя в глаза Хрякину). Чтоб ты теперь знал, кому будешь врать в своих обещаниях.

Хрякину становится дурно, он не выдерживает пристального взгляда учительницы и уходит, понуро свесив голову. Он идет, расставив вперед руки, его сваливают с ног байкеры, смеются, пинают ногами. Хрякин просит о помощи.

В городе волнения и мародерство. Из уличных репродукторов, развешенных на фонарных столбах, звучат успокаивающие речи Хрякина, который клянется навести порядок, наказать виновных и распинается в любви к каждому жителю. А в это время беспомощно падают Гоголь, Пирогов, Мечников, тем самым пробуждая к жизни подхалимов и аферистов, заражая город страшными вирусными эпидемиями и увеличивая число самоубийств. Люди уезжают из города целыми кварталами, не забывая на прощанье плюнуть на расклеенные повсюду портреты Хрякина в противогазе.

Окулист ХЛЕСТАКОВСКИЙ осматривает глаза мэра, что-то капает в них, от чего мэр вскакивает.

Хрякин. Какого хрена так печет!