Экранизации не подлежит полностью

Хрякин(деловито). Нет, это вы забыли. (Указывает пальцем на памятник Туполеву.) Плохо исполняете приказы.

Удодов(удивленно). Разве этот адрес был в вашем списке? (Пытается найти в карманах список.)

Хрякин. А как же.

Удодов(улыбается). Хитрец какой! Ладно. Мои ребята займутся им, а мы двинем дальше. (Наклоняется к уху Хрякина.) От народа не убежишь. (Водителю.) Заводи.

Байкеры облепили памятник Туполеву. Хрякин усмехается и в сопровождении удодовского форда едет дальше.

Аэропорт. Частный самолет. Удодов забирается в самолет, Хрякин резко закрывает за ним дверь и спускается с трапа. Он доволен. Видит перед собой толпу народа: нищего, злого, часть в эсесовской форме, часть в полосатой форме узников концлагеря и большая часть в противогазах. Хрякин подходит к толпе. Выходит Алла в противогазе.

Хрякин. Алла! Что за фокусы, мать твою?

Алла. Фокусы только от вас, Николай Ильич. (Гладит себя по животику.) Через шесть месяцев увидим, что за фокус родится? Может даже трехголовый. (Смеется.)

Хрякин сжимает голову ладонями и стонет. Задом пятится к самолету. Толпа напирает. Хрякин становится перед толпой на колени. Толпа плюет в него и смеется. Хрякин поднимается, хватает за руку Аллу и тащит ее к трапу.

Алла (пищит). Николай Ильич, куда мы? Куда?

Хрякин. В ад. Самое место….

Алла в истерике, но Хрякин вталкивает ее внутрь салона и входит сам. Самолет взмывает ввысь и летит над городом.

В это же время байкеры сваливают памятник Туполеву. В тот же момент падает и самолет Хрякина.

На свалке догорают обломки самолета. Вокруг черепки разбитых памятников, над ними кружит воронье.

Черный кот Бегемот лапой срывает этот финальный кадр, словно вырывает страницу из книги и произносит полуутвердительно-полувопросительно:

ЭТО — НЕ ВАША ИСТОРИЯ?

Как только Григорич произнес последнюю фразу, точнее, вопрос кота Бегемота, Кира с Ирочкой в один голос воскликнули:

— Суперская сказка получилась.

— Но очень уж мрачная, — с легким скепсисом добавила дегтю Рита.

Впрочем, ее сейчас больше занимали дела семейные, поэтому сценарий она слушала в пол-уха, постоянно пребывая на телефонной связи с дочерью.

— Бедный дядя, — пропищала сердобольная Ирочка, имея в виду несчастного Хрякина.

— Сам виноват, — возразила всегда прямая Кира. — Не надо было трогать прошлое. Опасно для жизни.

— Опасно, — подтвердил Григорич. — Увы, прошлое — фундамент человека и крепость замеса каждому из нас всю жизнь приходится проверять на прочность. Хорошее или плохое твое прошлое, но от него уже никуда не деться. Хрякин попробовал и сами видите, каким стал.

— Очень злым и беззззз…. — скривила губки Ирочка.

— Бездушным! — нетерпеливо выпалила Кира. — А у меня тоже есть прошлое?

— Как тебе сказать… — задумчиво произнес Григорич. — У вас с сестренкой пока только все в настоящем. Но когда оно станет прошлым, не забудьте взять из него в будущее только самое лучшее. Ирочка забралась на коленки к Рите и попала в самые ласковые объятия на свете.

— Дедушка, а у бабушки хорошее прошлое?

— Ты ее любишь? — переспросил Григорич.

— Очень.

— Значит, хорошее.

Рита улыбнулась, и тут раздалась соловьиная трель из домофона. На благодушном лице Риты появился легкий румянец, а глаза выдали волнение — приехали Маша с Вованом. Все кроме Григорича побежали открывать дверь, а довольный проделанной работой сценарист принялся за вычитку очередного шедевра и уже обдумывал текст сопроводительного письма для киностудии.