Эксгрегум полностью

Надо сказать, что ещё там, у себя на родине, я посещал секцию силата – боевого искусства малайцев. Я был жутким интровертом и «ботаном». Пришлось, чтобы не посещать с университетской группой занятия по физкультуре, поступить в секцию. Там я научился разным подлым боевым приёмам. Пенчак силат – общее название индонезийских и малайских боевых искусств, включающих в себя два основных раздела: бой без оружия и бой с оружием.

Я изучал тот, что без оружия. Уже здесь, в этом мире, приёмы силата несколько раз выручали меня. Кроме того, здесь мои руки усилили кистевыми имплантами, что позволяло пальцами давить орехи и гнуть трубы и куски железной арматуры. По-моему, я уже хвастался на эту тему.

Полетевший мне в лицо кулак я перехватил левой рукой и сжал. Послышался тихий хруст, мой противник вытаращил глаза и дико завизжал. Я разжал кисть и отпустил сильно помятый кулак нападавшего парня. Он отступил на пару шагов, прижал повреждённую правую руку к животу, согнулся и заскулил, как побитая собака. Теперь ему потребуется хороший хирург, причём как можно скорее. Второй парень, что так и не произнёс ни слова, подошёл ближе. Этот оказался сильно опаснее своего приятеля. В его предплечья были вделаны импланты, работающие наподобие лап богомола. Данное украшение так и называлось – «богомоловы клинки». Согласно рекламе, такие импланты позволяли рассекать врагов быстрыми смертоносными взмахами рук. Благодаря им в бою один на один врагу можно нанести серьёзный урон. С этими я знал, как поступать. Такое оружие лишь выглядело броско и пугающе, но в реальности малоэффективно. Спасибо нашему инструктору в тренировочном зале Администрации. Научил, как справляться с разной боевой аугментацией.

Мой новый противник только начал активировать импланты, как я перехватил раскрывающиеся клинки и резко крутанул их на девяносто градусов. Аугментированный парень тоже заорал, как и его приятель. Правда, этот орал во всё горло, будто его окатили кипятком. Его можно понять: я вырвал импланты из его рук прямо с мясом.

Это рассказывать так долго, но на всё про всё потребовались считаные секунды. Потом я подхватил Улу под руку и, сказав «ходу, ходу», быстро утащил её за угол. Затем пришлось вызвать байк как наиболее проходимый транспорт.

Я усадил девушку сзади, и мы рванули. Не хотелось мне вступать в тягостные разговоры с полицией.

Я ехал и думал, что мир киберпанка не ограничивается только технологиями и виртуальными мирами. Он разнообразен и красив своими ландшафтами, создаёт неповторимое сочетание этого и старого миров. Особенно богат он разными придурками, извращенцами и бандитами всех мастей.

К этому времени мы уже подъезжали к дому Улы.

– А ты жестокий человек, – наконец сказала всё это время молчавшая девушка.

– Почему это?

– Надо было вызвать медицинскую помощь для этих двух.

– Это для тех, которые хотели меня убить, а потом тебя изнасиловать? Вот ещё!

До самой квартиры мы шли молча. Затем некоторое время я стоял перед открытой дверью и не решался переступить порог.

– Ты чего?

– Не знаю. Словно барьер какой-то.

– Не выдумывай. Пошли.

Там нас встречал чёрный код Улы, Фред.

– Привет, – сказал я коту. На что Фред прижал ушки, открыл зубастый рот и сказал:

– Х-х-х!

– Он тебя обшипел, – хихикнула Ула. – Ты пахнешь агрессией и кровью. Это ничего. Он всех моих новых друзей так встречает. Привыкнет потом.

Я хотел спросить, много ли таких друзей, к присутствию которых требуется привыкать коту, но передумал и ничего на это говорить не стал.

Потом мы лживо пообещали друг другу, что будем проводить больше времени в таких увлекательных местах, где можно погрузиться в красоту мира и насладиться каждым мгновением жизни. В планах стразу возникли океанское побережье, парки с поющими фонтанами, подземные галереи из сумрака и оживлённых теней, где посреди старинного лабиринта горит живой огонь. Запланировали сходить к Большому водопаду, совершить поход по реке в нанятой яхте. Обещали себе, но оба понимали: вряд ли сдержим собственные обещания.

– Как однажды сказал мой бывший, – задумчиво произнесла Ула на другой день, – есть женщины, с которыми хочется вести философские беседы. Есть вызывающие желание с ними переспать. А есть такие, что могут сломать тебе тазовые кости.

– Это ты сейчас к чему? – насторожился я.

– К тому, что пора идти в зал. Мы опаздываем уже.

– А твой бывший, он кто? – осторожно спросил я.

– Ты его не знаешь, – не стала вдаваться в подробности Ула.