— Это же английский язык, — ответил он. — Я его с семи лет учу. Несложно понять смысл песни, зная перевод почти всех слов из нее. Кстати, я — Намджун, Ким Намджун. Мы теперь ваши соседи. Я видел тебя на лужайке соседнего дома.
Вот пристал, зачем он начал представляться? Ну, понял песню, молодец. Не лезь в душу. Мои переживания были слишком личными, почти интимными, чтоб делиться ими с кем-то еще, тем более, с незнакомым соседским мальчишкой.
— Поздравляю, сосед, — резко бросила я. — До свидания. Спасибо, что испортил мою душевную идиллию в гордом одиночестве.
Я встала с качели, повернулась, чтоб уйти… и не смогла. Я увидела его взгляд. Он всеми силами держался, чтоб не разреветься. Я видела, как он пытается надеть маску безразличия, но глаза были на мокром месте. Я не могла себе простить это — вот так нахамить невиноватому в моем плохом настроении мальчишке. Совесть не позволяла мне просто уйти и оставить его в смятении, оскорбленному моими грубыми словами.
— Эй, Намджун. Я — Ким Оксэн, можно просто Окс. Раз мы теперь соседи, увидимся еще.
Увиделись мы достаточно скоро, нежели я ожидала. Через какое-то время его мама, миссис Ким, зашла к нам в гости. Я только вернулась с музыкальной школы. Моя мама и миссис Ким пили чай в гостиной и разговаривали.
— Оксэн, двенадцатого числа у Намджуна день рождения, ему исполнится двенадцать лет. У Джуна немного друзей, я бы хотела пригласить тебя на этот праздник, — сказала миссис Ким.
— Эм, у Окси на самом деле день рождения тоже двенадцатого числа, ей будет одиннадцать, — сказала моя мама. — Как вы смотрите на то, чтобы отпраздновать два дня рождения вместе? Может, это станет началом доброй дружбы между ними? Лучше узнают друг друга.
— Отличная идея, — улыбнулась миссис Ким. — Скажу Намджуну об этом вечером, надеюсь, он не будет против.
Судя по тому, что два дня рождения состоялись в одном доме — Джун, видимо, не был против или противился слабо инициативе своей мамы. Отмечали у соседей — у Джуна, в отличие от меня, была парочка друзей-одноклассников и еще сестренка. Я же классы меняла с младшего на старший так часто, что просто не успевала (да и не хотела) с кем-то дружить.
Это был долгий день. Мэй, моя мама и миссис Ким готовили угощения. Нам с Джуном поручили накрывать праздничный стол — носить все с кухни и красиво расставлять.
— Эй, а почему я ни разу не видел тебя в классе с младшими, ты же младше меня, так? Почему я тебя ни разу не встретил в школе? — спросил Джун.
— Эмм… Я не учусь в начальной школе, Намджун.
Вот же черт, ну зачем ты спросил? Мне стало неловко. Я не любила об этом говорить, просто чувствовала себя в этот момент еще больше не похожей на всех. Он смотрел на меня непонимающими глазами, полными удивления. Вот это новость.
— А где же ты тогда учишься?
— Я… Меня переводили пару раз за несколько лет в старшие классы. Я сейчас оканчиваю среднюю школу.
— Ого, ничего себе — пару раз, ты такая умная!
— Я не считаю себя умной, просто очень много учусь и стараюсь схватывать все налету. Мне повезло в жизни быть упорной и я стараюсь использовать это с пользой для себя.
— И красивой, — шепотом добавил Намджун, опустив при этом взгляд в пол.
Я улыбнулась. Он покраснел. Впервые я дольше минуты разговаривала с кем-то примерно моего возраста о себе самой. Не о решении задачи на доске или домашнем задании, а о себе.
— Спасибо, — сказала я, улыбаясь. — Ты очень милый.
Намджун покраснел и улыбнулся в ответ. Самое милое, что я видела в жизни, после померанского шпица Бу — красные пухлые щечки малыша Джуна и такие замечательные ямочки на его щеках.
Дальше мы накрывали стол в молчании, лишь изредка нарушаемом разговорами наших мам и мисс Мэй и позвякиванием посуды на кухне. Я чувствовала себя с ним легко, это молчание не напрягало, а казалось таким уютным. Намджун стал первым человеком в моей жизни, присутствие которого воспринималось так легко.
Прошло совсем немного времени, все собрались за общим столом. Наши отцы вернулись с работы и присоединились ко всем. Для нас, детворы, это был праздник. У взрослых наш праздник перетек, скорее, в знакомство соседей.
За столом царила непринужденная обстановка. С друзьями Джуна разговаривать мне было неинтересно, да и не о чем, и я вступила в спор с мистером Кимом о политике. Кто ж меня за язык тянул, но привычки с приемов так просто не забываются. Он немного опешил от моих познаний и собственного достаточно глубокого мнения по этому вопросу. В общем, как и все присутствующие. Мама посмотрела на меня с улыбкой и сказала:
— Дети, если все наелись, почему бы вам не пойти поиграть. Чуть попозже будет праздничный торт.
