Рядом Лиана без слов пробегала пальцами по сенсорной панели, перепроверяя работу стабилизаторов. Они уже проходили через подобные манёвры не раз, но ощущение тревоги, нараставшее с каждой секундой, теперь было слишком явным.
Она уловила это первой – что-то в пространстве вокруг вело себя странно. Лёгкое давление на барабанные перепонки, едва ощутимая вибрация в воздухе, как будто сама ткань реальности сдвигалась под их капсулой.
– Немного резче снижаемся, чем рассчитывали, – заметила она, нахмурившись.
Иван бросил взгляд на её экран. Всё выглядело в пределах допустимого, но давление действительно росло быстрее прогнозируемого. Разница была едва заметной, но именно такие детали и настораживали.
– Поправлю угол, – он запустил корректировку, но в тот же миг на панели замигал красный индикатор ошибки.
Программа не реагировала. Сенсоры сообщали о внештатном отклонении курса, но при этом не выдавали данных о его причине. В следующее мгновение на экране посыпались ошибки, лавиной захлестнув телеметрию, словно что-то разом отключило весь сегмент управления.
– Что за… – Иван не договорил, потому что капсула содрогнулась, будто на мгновение провалилась в пустоту.
Гравитация резко изменилась. Казалось, что где-то под ними раскрылось невидимое гравитационное поле, которое одним рывком втянуло капсулу в себя. Всё произошло мгновенно: системы начали перегружаться, индикаторы метались между критическими значениями, а затем раздался сухой треск – это отключились автоматические стабилизаторы.
– Потеря управления! – резко бросила Лиана. Пыльцы метались по панели в судорожной попытке взять ситуацию под контроль.
Капсула снова содрогнулась, её резко повело вправо. Иван вцепился в подлокотники, пытаясь удержаться. Он видел, как показания на экранах сходят с ума: гравитация вокруг не просто увеличивалась – она дробилась, меняя направление хаотичными скачками.
– Угол захода меняется! – выкрикнула Лиана, вводя команды вручную.
На экране отобразились данные о перегрузках. Они снижались быстрее расчётного времени. Капсула уже не просто падала – её буквально утягивало вниз неведомой силой, словно воронка гигантского урагана засасывала их в глубину планеты.
– Пробую выйти на связь! – Иван с силой ударил по сенсорной панели, запуская экстренный канал.
Но вызов повис в пустоте. Ни помех, ни слабого сигнала – просто глухая, абсолютная тишина.
– Мы в гравитационной яме, – выдохнула Лиана.
Капсула начала вращаться вокруг своей оси. Сначала медленно, затем всё быстрее. Силовой модуль дёрнулся, пытаясь выровнять положение, но это только усугубило ситуацию – их закрутило, как беспомощное перо в штормовом потоке.
Первый резкий рывок, второй. Иван ударился плечом о панель, Лиана едва успела пристегнуться.
– Фиксируюсь! – выкрикнула она, напрягая руки, чтобы не потерять контроль над консолью.
Иван вдавил сам себя в кресло, чувствуя, как перегрузки прижимают его к спинке сиденья. На экране вспыхнула тревожная надпись: "Системный сбой. Ошибка гравитационных датчиков."
– Чёрт… – выдохнул он.
Капсула входила в свободное падение. В иллюминаторах не было ничего, кроме бешено вращающегося горизонта песчаных барханов. В этот момент Иван понял: никакие автоматические системы их не спасут. Они падали, не имея ни контроля, ни возможности выбраться. Падение только начиналось.
Песчаная равнина неслась им навстречу, размытым пятном мчась в иллюминаторах. Капсула продолжала кувыркаться, пока её корпус содрогался от нарастающих перегрузок. Термопанели вспыхивали тревожными сигналами, фиксируя экстремальные условия входа. Удар.
Капсула врезалась в поверхность, вспоров барханы, словно корабль, налетевший на рифы. Её закрутило, она перевернулась раз, другой, третий, выбрасывая из-под себя песчаные волны. Створки задраенных люков затрещали от напряжения, металлические крепления жалобно скрипнули, протестуя против грубой силы падения. Очередной удар швырнул их вбок, и наконец капсула замерла, наполовину погрузившись в песок, как снаряд, вонзившийся в рыхлую почву.
Повисла тишина. Только хриплый ветер завывал в сочленениях корпуса, да редкие потрескивания металла, остывающего после перегрузок, нарушали это глухое безмолвие.
Иван моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Всё плыло, в висках стучала тупая боль. Он попробовал пошевелить пальцами, сжать кулаки, проверить, слушается ли тело. Вроде да. Внутренние органы, казалось, сместились от ударов, и теперь каждый вдох отзывался тупой болью в рёбрах. Рядом раздался тяжёлый выдох.
– Жива? – хрипло спросил он.
Лиана молча кивнула, с силой вцепившись в поручни. Капли пота стекали по её виску, дыхание сбилось, но в глазах было осознанное напряжение, а значит, без критических травм.
– Ты? – её голос был хриплым, но твёрдым.
– Цел, – выдохнул Иван, расстёгивая ремни. – Если это можно так назвать.
Лиана осторожно пошевелила шеей, затем плечами, проверяя суставы. На мгновение прикрыла глаза, словно прислушиваясь к телу.
– Ничего не сломала, – заключила она.