Он ввёл координаты – расчётное местоположение погибшего корабля находилось в сорока километрах к северо-западу.
– Далековато, – заметила Лиана.
– Даже по прямой это несколько часов, – ответил он.
Они переглянулись.
За пределами капсулы простиралась неизвестность. Они были предоставлены сами себе. Ооставалось только двигаться вперёд.
Двигатель вездехода загудел ровно, передавая через корпус едва ощутимую вибрацию. Иван вывел машину из тени капсулы, и они двинулись вперёд, оставляя за собой глубокие борозды в песке. Машина слегка оседала, но стабилизаторы компенсировали провалы, удерживая её на поверхности.
Песок оказался мягче, чем ожидалось. Колёса погружались глубже, чем должны были, будто под слоем обычных дюн скрывалось что-то рыхлое, податливое. Иван несколько раз проверил данные с датчиков давления, но система не показывала признаков аномалии – просто песок был странным, живым, словно под ним скрывалось нечто, ждущее момента, чтобы проявиться.
Лиана сидела рядом, контролируя показания навигационного модуля. Она периодически вносила коррективы, подстраивая маршрут под рельеф. Курс был нестабильным – не из-за местности, а из-за скачков гравитации, которые метались по экрану, не давая стабильных показаний.
– Вижу скачки массы, – сказала она, нахмурившись.
– Насколько сильные? – Иван скользнул взглядом по монитору.
– Разброс в пределах трёх-пяти процентов, но сам факт… Это ненормально.
Иван молча кивнул. Для обычной планеты подобные флуктуации были бы невозможны, но Севантор уже давно не походил на привычный мир.
Дюны колыхались под горячим воздухом. Их края были размытыми, словно сам пейзаж не был постоянным. Вдалеке виднелись едва различимые силуэты скал, но они постоянно меняли форму под игрой света, создавая ощущение, что границы реальности здесь нестабильны.
Первый раз Иван заметил странное движение песка через полчаса пути.
Впереди, на расстоянии примерно ста метров, поверхность будто содрогнулась, легкими волнами пробежалась по бархану. Мгновение – и всё исчезло, словно ничего не было.
– Ты это видела?
Лиана уже переключалась на другой ракурс сканирования.
– Что именно?
– Песок… он двигался.
Она посмотрела в сторону, затем снова на экран.
– Здесь сильные порывы ветра.
– Это не ветер.
Они снова двинулись вперёд.
Через несколько минут Иван снова заметил движение – будто что-то копошилось под слоем песка, пробегая незримыми струями, но стоило приблизиться, как всё замирало.
– Песок движется сам по себе, – наконец сказала Лиана.
– И он не хочет, чтобы мы это видели.
Следующее явление застало их врасплох. Из ниоткуда возник гул. Он был едва различимым, и скорее ощущался, чем слышался, напоминая далёкий раскат грозы. Вибрация прошла сквозь машину, передалась в руль, эхом отозвалась в груди.
– Слышишь?
– Да.
Гул затих, оставляя после себя странное ощущение сдавленности. Температура внутри кабины внезапно начала расти. Иван бросил взгляд на показатели – плюс сорок. Лиана прищурилась, чувствуя, как воздух становится тяжёлым:
– Жара растёт слишком быстро.
Ветер стих. На мгновение пространство застыло в тревожной тишине, словно природа затаила дыхание перед бурей, а затем температура резко пошла вниз, сбивая все показатели – сорок, тридцать, двадцать, затем десять градусов за считаные секунды, обдавая их леденящим холодом.
Иван крепче сжал руль, чувствуя, как металлический каркас машины реагирует на изменения окружающей среды.
– Это невозможно, – выдохнул он, не отрывая взгляда от показателей.
Лиана молча смотрела на экран, её пальцы замерли над панелью управления, а за пределами кабины песок словно оживал, сотрясаясь едва уловимыми волнами, будто невидимое присутствие медленно, но неизбежно пробуждало этот мир к жизни.
Дорога тянулась бесконечно, вездеход медленно преодолевал зыбкие барханы, оставляя за собой глубокие следы, которые мгновенно затягивались, будто сама пустыня не хотела, чтобы здесь кто-то проходил. Двигатель работал ровно, но в гуле мотора чувствовалась напряжённость – даже техника, казалось, ощущала аномальную природу этого места.
Лиана молчала, сосредоточенно вглядываясь в даль. Показания навигатора оставались стабильными, но что-то внутри подсказывало ей, что здесь происходит нечто не поддающееся объяснению.
– Иван, – её голос был тихим, но в нём слышалась тревога.
Он повернул голову, следя за её взглядом.
На горизонте, там, где песчаная мгла встречалась с небом, виднелись тёмные силуэты.
Сначала они казались миражем – дрожащие в воздухе размытые очертания, теряющиеся в солнечном мареве. Но чем ближе они подъезжали, тем отчётливее вырисовывались контуры – массивные, неподвижные, застывшие в вечности.
– Что это? – Иван прищурился, пытаясь разглядеть детали.
– Похоже на обломки… или нет, – Лиана замолчала, словно сама не веря своим словам.
Их скорость замедлилась, вездеход осторожно пробирался через участок с более плотным песком. Когда расстояние сократилось, сомнений не осталось – перед ними раскинулось кладбище кораблей.