– Пенни, – прохрипел он и схватил ее за запястье. Ее глаза в нескольких дюймах от него поблескивали неприкрытым желанием. – Тебе надо отдохнуть.
Он был уверен, что она запротестует, и приготовился к спору. Но она просто опустилась на свое сиденье и, игриво улыбнувшись, вышла из машины.
– До завтра, профессор.
Доктор Уоллис смотрел ей вслед, пока она не вошла в здание, и только тогда подумал: а не Пенни ли он недавно видел из окна своего бывшего кабинета?
– Господи Иисусе, – сказал он, охваченный противоречивыми чувствами. Потом включил передачу и поехал домой.
Но по дороге передумал.
Разве после этого заснешь? В итоге он заехал в «Пристанище», бар с пиратской тематикой в Филморе, районе Сан-Франциско. Заведение было оформлено в карибском стиле и работало допоздна, в нем всегда было шумно, а выбор рома был самый большой в стране.
Доктор Уоллис занял только что освободившийся стул у барной стойки, и его тут же встретил Хулио, всегда улыбающийся владелец и главный бармен – другого такого страстного ценителя рома в Калифорнии, наверное, и не было, в этом ему уступал даже сам Рой.
– Йо-хо-хо, Рой, – громко, перекрывая шум толпы, приветствовал его Хулио. – Что пьем сегодня? Как обычно или плывем дальше?
Под «плаванием» имелось в виду путешествие Уоллиса по барной карте, в которой значилось больше сотни горячительных напитков. Он уже прошел полпути, перепробовав все, от выпивки времен колониальных таверн до гаванских творений эпохи сухого закона и изысканных тропических тики-коктейлей из десяти компонентов.
– Плывем. Что у нас дальше? – спросил Рой.
– Кажется, ты еще не пробовал «Ром Флип»? Цельное яйцо, демерарский сахар, свеженатертый мускатный орех и, конечно, отборный элитный ром.
– Ужин и выпивка в одном флаконе. Звучит неплохо, брат.
Хулио отправился смешивать коктейль, а Уоллис достал телефон. Открыл сообщения. Последнее было от Брук, с благодарностью за вчерашний ужин. Вчера же он ей и ответил, послал поднятый большой палец. Тогда это показалось ему уместным, но сейчас этот ответ выглядел небрежным, неуважительным и даже наплевательским – как-никак, в ее плавучем жилище он провел ночь.
Такое толкование, конечно, было подогрето чувством вины из-за внезапной встречи с Пенни, тем не менее он набрал: «Мне тоже очень понравилось. Ты выглядела шикарно. Когда повторим?»
Он отложил телефон. Женщина на табурете слева от него что-то ему сказала.
– Что-что? – переспросил он. Под тридцать, убойная блондинка с роскошным бюстом.
– Плут, негодяй, злодей или подлец. Кто вы?
– Все в одном флаконе, – ответил он.
Оценив его слова, она подняла свой замысловатый коктейль.
Вернулся Хулио с какой-то желтой смесью, похожей на напиток, какой пьют в рождественское утро.
Доктор Уоллис сделал глоток.
– Супер, мой друг, иначе и быть не могло, – похвалил он.
Хулио церемонно поклонился, назвал ром, который был в коктейле, и вернулся к другим клиентам.
– Часто сюда заходите? – спросила блондинка.
– Где я это уже слышал?
– Мне подруга порекомендовала, говорит, тут клевая атмосфера. – Она растянула губы в улыбке. – Но не сказала, что и мужчины здесь клевые.
Уоллис пригляделся к женщине. Облегающее зеленое платье до колен, золоченые шпильки – где-то на грани между распутством и элегантностью. Но украшения казались настоящими, косметика умеренной – пока не понятно, то ли он ей нравится, то ли она просто ночная бабочка, готовая предложить свои услуги.
– Ваша подруга здесь, с вами? – спросил он.
– Я одна.
Доктор Уоллис задумался над этим признанием, но тут в кармане звякнул и завибрировал телефон.
– Извините, – сказал он, глядя на экран.
Сообщение было от Брук:
«Привет, Рой. Я сегодня не работала, сварганила спагетти и салат. Хочешь, заезжай, много чего осталось от вчерашнего. Но если ты только что с работы и устал, я пойму… Дай, пожалуйста, знать».
Уоллис улыбнулся про себя. Типичная Брук: искренняя, робкая, вежливая.
Ему было не по себе из-за истории с Пенни… и в глубине сознания бродила мысль о том, что сидевшую рядом женщину следует угостить каким-нибудь напитком.
Он встал.
– Увы, дела зовут.
– Дела… или удовольствия? – спросила женщина.
Уоллис заколебался.
– Приятно было поговорить.
Она протянула тонкую руку.
– Я Лиз.
– Рой, – сказал он, пожав ей руку.
– Может, еще увидимся здесь, Рой?
– Я бываю здесь часто.
– Везет некоторым, – сказала она, на миг глянув на телефон у него в руке.
– Если кому и везет, так это мне, – сказал он, уходя, и подумал: «Чего я совершенно не заслуживаю».
Доктору Уоллису приснился сон, который преследовал его на протяжении всего детства, юности и взрослой жизни. Ему семь или восемь лет, он идет по улице, кругом толпы туристов и десятки киосков, где продаются похожие друг на друга украшения, рюмки, кофейные кружки и дешевые магниты. На заднем плане, как современный замок, возвышается пришвартованный в порту огромный круизный лайнер.
