– Ненавижу тебя! Всем своим существом, каждой клеточкой своего тела. Если бы ты только знал, как я хочу вернуться назад и никогда с тобой не встречаться!
Дальше всё произошло так быстро, что Лера сама не поняла, что сделала. На столе оставалась только кастрюля с приготовленным обедом, и она, недолго думая, обжигая руки, швырнула всё содержимое в сторону Макса и пулей, не оглядываясь, вылетела прочь из дома.
Лера задыхалась от слёз, но бежала к своему укрытию, разбивая о камни босые ноги. Но боли она не чувствовала и, когда наконец добралась до места, просто упала под свою пальму и уткнулась головой в колени.
Лера была в шоке от себя, она запуталась и устала. Что с ней происходит? Неужели она действительно сошла с ума? Ведь вся её речь – это всего лишь жалкая попытка перевалить на Макса свои ошибки. Она мстила ему за то, что он её не любил, и это было ужасно, Лера не узнавала саму себя. И если уж быть честной, он вчера оказал ей большую услугу, отказав в близости. У него-то хватило ума понять, что это ошибка до того, как они её совершили. А сейчас она ещё и наговорила ему гадостей, только чтобы обидеть, чтобы больно было не только ей.
– Не очень-то мы ладим, да? – Макс уселся рядом и попытался обнять Леру за плечи.
– Уходи! – она смахнула его руку и отодвинулась в сторону. Но его это ничуть не смутило. Макс устроился напротив, сев на колени, и глубоко вздохнул.
– Ты права, во всём виноват я. Ты согласилась мне помочь, а я довёл тебя до обморока, кричу, ругаюсь, в основном не разобравшись, вынудил лезть в воду, напоил и теперь ещё и заставляю вкусно кормить. Не плачь, прошу, слёзы – это слишком серьёзно. Мужчина, заставляющий женщину плакать, недостоин уважения, и поверь, я от себя не в восторге. Поэтому завтра я отвезу тебя домой. Потерпи меня ещё немного. Всего пару дней, а потом я оставлю тебя в покое на целый месяц. Обещаю, я не буду тебя напрасно тревожить и даже не стану звонить, если хочешь. Займёшься квартирой, отвлечёшься, переделаешь документы. Думаю, отдых друг от друга пойдёт нам на пользу. Что же касается вчерашнего, да и всего остального… – Макс снова глубоко вздохнул. – В своё оправдание могу лишь сказать, что не сдержался, поддался соблазну. У меня давно никого не было, я был пьян, а тут ты, такая соблазнительная и сладкая. Я потерял голову и позволил себе лишнее. Я ведь понимаю, что ты не привыкла столько пить и почти не осознавала, что делаешь. Ты столько раз просила меня тебя не трогать, но меня это по-мужски задевало, вот я тебя и дразнил. А вчера слишком заигрался и чуть всё не испортил. И даже сегодня… На самом деле – придётся признаться – паста была совсем неплоха. Нет, не так. Честно говоря, было очень вкусно. Но ты не хотела со мной разговаривать, бегала от меня весь день, а я не знал, как ещё тебя спровоцировать. Обычно ты довольно спокойная, и я никак не предполагал, что ты мне всё это на уши наденешь. Хотя, что говорить, я заслужил. Жаль только, что ты убежала, я был просто неотразим с томатной медалью на груди, оливковой родинкой на лбу и спагетти вместо волос. На вот, посмотри, – Макс показал ей телефон, на который сфотографировал своё отражение в зеркале, и Лера, как ни старалась оставаться серьёзной и обиженной, улыбки сдержать не смогла. – И если ты думаешь, что я сейчас подлизываюсь, то абсолютно права. Так и есть, – он протянул Лере мизинчик и широко улыбнулся. – Мне про этот приём брат Алекса напомнил, недавно опробовал на подруге Дэна, говорит, до сих пор работает.
Разве Лера могла сопротивляться? Она смахнула остатки слёз и, улыбнувшись, протянула в ответ свой палец.
– Мирись, мирись и больше не дерись! – завершил ритуал Макс. – Пойдём, отвезу тебя в город. Пообедаем, купим что-нибудь ужасно дорогое и совершенно ненужное, а потом будем объедаться мороженым. Что скажешь?
– У нас всё есть, нам не нужно даже что-нибудь ненужное, тем более, если мы уезжаем, – пробормотала она, принимая его руку.
– Вот видишь, мне без тебя никак не справиться даже в такой мелочи, – засмеялся Макс.
Больше они не спорили и не ругались. Макс держал слово и вёл себя просто идеально. Они обедали, гуляли, ели мороженое. Он на самом деле накупил Лере кучу дорогих и ненужных вещей. Чего только стоили большая картина с прелестным морским пейзажем, и огромный рыжий мягкий жираф, которого они с трудом запихали в машину. Они даже немного потанцевали, и Лера заработала свой, как ей казалось, первый искренний комплимент от мужа. Она не то чтобы умела танцевать, но двигалась хорошо, плавно и, как сказал Макс, была «пластична от природы». И это очень долго не давало Лере покоя. Сегодняшние события и откровения в очередной раз открыли перед ней новую сторону этого удивительного мужчины.
А потому теперь, когда Макс снова и снова врывался в её сны, она была этому рада. В её вымышленном мире они были вместе, и она была бесконечно желанна и любима.
***
