— Ищите, слышите? — прошипел он в трубку.
— Группа МЧС уже вылетела…
— И что?
— К сожалению, пока разбившийся вертолет обнаружить не могут. — Ничего утешительного губернатору пока не сообщали.
— А что у них, глаза на заднице? Известно же место, где начались проблемы, исчезла связь?
— Низкая облачность пока не позволяет…
— В общем, так, — железным, не позволяющим возражать, голосом произнес Пересветов, — меня не интересует, какая у вас там облачность — низкая или высокая. И-щи-те. Слышите? И если не найдете, то я вам не завидую. И чтобы о каждом шаге докладывали мне незамедлительно.
Закончив разговор, губернатор в нескольких коротких, но сильных выражениях сказал себе самому все, что он думает о ситуации вообще и о некоторых людях в частности. Непечатные фразы гремели в воздухе. Но легче от этого отнюдь не становилось…
— Да долго рассказывать, — растягивая слова, произнес Романенко, изучая лица бородачей.
Выглядели те, как деревенские жители, однако было в их облике что-то не совсем обычное. Нет, ничего такого, что бы резко бросалось в глаза, Лысый не замечал. Однако по лицам мужиков нельзя было сказать, что они любители крепких спиртных напитков. Да и вообще, держались они как-то очень уверенно, спокойно, с достоинством.
— Ничего, мил человек, нам торопиться некуда, — произнес один из бородачей, — вы говорите, а мы послушаем.
— А может, они злодеи? — предположил один из местных. — Вот появляются такие незнаемо откуда, а потом разбой начинается, непотребства всякие… Помните, как прошлым летом какие-то в Севасьяновке побывали? И что из этого вышло, а?
Подобное развитие разговора, как сразу же оценил Романенко, ни к чему хорошему привести не могло, поэтому ему пришлось решительным образом приступить к убеждению незнакомцев в обратном. Когда было нужно, Романенко умел вести себя сдержанно и «культурно». О его ребятах это можно было сказать с большой натяжкой, но их никто вступать в прения и не просил, скорее даже — наоборот. Представившись, последующие несколько минут он рассказывал о том, что он и его люди на вполне законных основаниях осуществляют поиск упавшего вертолета. Романенко продемонстрировал документы, что также способствовало установлению контакта.
— Номера носите, — хмыкнул мужик, назвавшийся Провом.
Он глядел на документы с какой-то странной брезгливостью, что окончательно сбивало с толку.
— Что? — не понял Романенко.
— Антихристовы правила принимаете… — ткнул тот в номер паспорта.
И тут Романенко начал понимать, что к чему. Как оказалось, странные фразы имели вполне реальное объяснение — бородатые мужики оказались старообрядцами, или проще говоря — староверами.
Сибирь — край удивительный по многим параметрам, а старообрядцы — одна из достопримечательностей этой земли. Бежали они сюда издавна, еще с семнадцатого века, от религиозной нетерпимости царей-батюшек. Со временем, осваиваясь здесь, крепко становились на ноги, отличаясь трудолюбием и трезвостью. Богатые сибирские староверы становились известными конезаводчиками, купцами, золотопромышленниками, люди попроще хозяйствовали более скромно.
После семнадцатого года проблем прибавилось. От советских гонений староверы уходили глубоко в тайгу, жили в землянках, возводили скиты, категорически отказывались получать паспорта, служить в армии и участвовать в коммунистическом строительстве. Жили, ведя натуральное хозяйство, охотились, занимались рыболовством в тех местах, куда даже НКВД не могло добраться. Раз в год отправляли кого-нибудь в город — поменять звериные шкурки на соль, патроны и металлические орудия. Некоторые староверческие деревни умудрились пережить не только коллективизацию, но и просуществовать патриархальной жизнью «вне СССР» аж до середины пятидесятых.
В настоящее время в Сибири еще много староверческих деревень, расположенных в основном в глухой тайге. Электричества здесь нет, равно как и других благ цивилизации. Старообрядцы — люди религиозные, честные, работящие и трезвые. Обычное их занятие в этих местах — рыбалка, охота, земледелие. Многие, особенно старики, до сих пор придерживаются ортодоксальных традиций. Смотреть телевизор, слушать радио, пользоваться Интернетом, пить водку — грех. Врать и воровать — страшный грех. Грехом также считается любое соитие мужчины и женщины без цели зачатия ребенка. «Официальную» церковь староверы считают чуть ли не исчадием ада. В семьях правит домострой, однако молодежь уже не столь ортодоксальна. Практически все сибирские староверы в той или иной степени — дальние родственники, потому как браки заключаются лишь между «своими».
Мгновенно сориентировавшись, Лысый в разговоре повел себя соответственно. Когда было надо, он умел произвести положительное впечатление. Последующие минут десять он рассказывал о том, что его группа разыскивает потерпевую крушение винтокрылую машину. При этом старался вызвать к себе доверие и сочувствие. По поводу конфликта Лысый заявил о том, что посчитал местных браконьерами. И так далее, и тому подобное. Как тут же выяснилось, усилия Романенко не пропали даром.
