– В той мере, в какой мы понимаем характер вечности. Можно выбрать размеры и, значит, возраст вселенной, в которой хочешь задержаться, и/или посещать сколько угодно миров. Можно отправиться в более древние вселенные и попытаться освоить технологии более продвинутые, чем даже эта. А раз привязки к одному миру, к одному временно́му потоку, больше нет, то возникает еще одна интересная перспектива: возможность ускользнуть от тепловой смерти своей вселенной, или ее взрыва, или сжатия, в зависимости от обстоятельств. Это своего рода эскалатор; сейчас мы прикованы к своей Вселенной, к своему уровню, к своей ступеньке, а обнаруженный артефакт, похоже, позволит перемещаться по всей лестнице. И прежде чем наша ступенька подойдет к концу эскалатора – концом может быть тепловая смерть, сжатие или что-нибудь еще, – мы просто спустимся на ступеньку ниже. Так можно жить вечно – если не окажется, что силы, движущие вселенными, тоже конечны. Насколько я понимаю, метаматематика подразумевает, но не гарантирует вечное существование.
Ульвер, сдвинув брови, поглядела на дрона:
– А раньше ничего такого не находили?
– В точности такого – нет. Есть расплывчатые сведения о наблюдении более или менее сходных объектов в прошлом, хотя они, как правило, исчезали до начала подробных исследований. Но насколько известно, с таким еще никто не сталкивался.
Помолчав, Ульвер заметила:
– Если высокоразвитая цивилизация получит способность проникать в любую вселенную, то, оказавшись во вселенной на ранней стадии ее развития, без разумных форм жизни…
– Можно подчинить ее себе, – подтвердил дрон. – Вся вселенная будет нашей. Фактически если отправиться далеко в прошлое и проникнуть в небольшую молодую вселенную, только что рожденную из сингулярности, то ее, возможно, удастся приспособить к своим нуждам, перешить по своей мерке, сформировать по своему усмотрению, повлияв на ее первичные характеристики. Бесспорно, такое безраздельное управление – нечто из области фантастики, но в принципе возможно.
Ульвер Сейк, потупившись, тяжело вздохнула:
– В таком случае, конечно, если эта штука – то, чем кажется, она может служить и входом, и выходом.
– Точно. Почти наверняка она – и то и другое. Твое предположение верно. И дело не в том, как в нее войти; неизвестно, что оттуда
– Охренеть, – согласно кивнула она.
– Давай загрузим комментарии, – предложил Чурт Лайн.
– А можно пропустить всю эту предварительную мутотень?
– Минутку. Вот.
Прочесть комментарии? [1]
– Ох, пропусти всю эту тягомотину. Я хочу только знать, кто и что сказал.
– Как пожелаешь.
(Раздел комментариев:)
.
«Мудрость в молчании» (всесистемник класса «Континент»):
1.0. В соответствии с решением членов неформальной рабочей группы ОО по чрезвычайным ситуациям (Чрезвычайный Подкомитет по прогнозированию и урегулированию кризисов), мы (совместно) взяли на себя контроль над ситуацией, начиная с ●.
1.1. Далее следуют вводные замечания.
2.0. Да будет нам позволено отметить, что мы, безусловно, крайне польщены и смиренно осознаем важность возложения на нас столь значительных полномочий в таких серьезных, масштабных и, если так можно выразиться, драматических обстоятельствах.
– Напыщенный дебил. Эти «Континенты» все такие?
– Я могу уточнить.
– Ага, так они тебе и ответят.
– Увы.
– Гм… Ну что ж, смотрим дальше.
3.0. Очевидно, мы имеем дело с событием колоссальной важности. Отсюда следует, что за пределами нашей группы следует упоминать о нем с учетом всех последствий и побочных ситуаций, которые вполне способно вызвать такое происшествие панвидового значения.
– Короче, всем сидеть на попе ровно, – язвительно подытожила Сейк. – А что означает «совместно» у «Континентов»?
– Обычно – группу из трех Разумов.
– А, вот почему они повторяют все по три раза.
