На При́нсипи он отправил телеграмму, адресованную лично вице-губернатору Антониу Виейре:
Через час он получил первый ответ с При́нсипи:
В четыре часа дня с борта «Африки» пришла срочная телеграмма от министра де-Орнельяша, который спрашивал Луиша-Бернарду, что конкретно происходит на При́нсипи и какие срочные меры принимаются. В своем ответе Луиш-Бернарду передал то, что ему сообщил Антониу Виейра, добавив, что к утру сможет информировать о подробностях, находясь уже на месте события. В шесть «Минделу» встал на якорь напротив Сан-Томе́, и капитану было приказано срочно явиться в губернаторский дворец. Там Луиш-Бернарду сообщил ему, что судну и экипажу необходимо немедленно, этой же ночью отплыть на При́нсипи, без пассажиров, и что все свободные места будут заняты солдатами местного гарнизона. По подсчетам капитана, количество военных, которое можно будет взять на борт, без майора Бенжамина и самого губернатора – 25 человек. Погрузку договорились назначить на девять вечера. Луиш-Бернарду отправился домой, принял ванну и собрал саквояж с двумя сменами белья, прихватив также и свой револьвер. Потом он чем-то спешно перекусил и снова спустился по лестнице вниз, чтобы передать Кало́ тексты двух телеграмм. Их предстояло отправить с почты на При́нсипи и на борт «Африки», через Лиссабон, сообщив, что губернатор уже находится в пути.
В десять часов Луиш-Бернарду уже сидел в носовой части «Минделу», наблюдая на горизонте удалявшиеся огни Сан-Томе́. Почти не было видно луны. Они скользили по спокойному океану, как по накатанной дороге. Слабый ветерок, делавший ночь мягкой, а также характерная легкость в воздухе свидетельствовали о низкой влажности и о вернувшемся лете.
Утром, как только начало светать, впереди по ходу «Минделу», за стелющимся туманом, словно зеленый рыбацкий баркас, плывущий над гладью океана, проявились очертания Санту-Антониу ду-При́нсипи. Отсутствие какого-либо уличного освещения не позволяло с точностью определить контуры этого небольшого поселения, называемого городом. Издалека, на возвышавшемся над ним горным склоном горели костры, дым от которых поднимался вверх и тут же растворялся в тумане. Туман покрывал всю верхнюю часть острова, начинаясь почти что на крышах домов. Луиш-Бернарду поразился столь умиротворенному облику острова, который в его представлении должен был быть охваченным восстанием и чуть ли не объятым пламенем: с моря, на расстоянии примерно в один километр все выглядело так, будто на этом скудном затерянном клочке земли в очередной раз начинался обычный мирный день.
Огибая бухту, «Минделу» дал гудок, тихо скользя по направлению к пристани, где прибытия парохода уже ожидали несколько собравшихся там людей. Сойдя на берег, Луиш-Бернарду был встречен подошедшим к нему заместителем куратора Жузе́ ду-Нашсименту, который первым проинформировал его о царящей на острове напряженности. От него же губернатору стало известно, что за ночь ситуация не изменилась, по крайней мере никаких новостей, опровергающих это здесь внизу, в городе не было. Вице-губернатор, в соответствии с ранее поступившим от Луиша-Бернарду приказом, оставался на вырубках Инфанта Дона Энрике, где начиная со вчерашнего утра также находился и капитан Да́риу с 35-ю солдатами, представлявшими собой почти полный состав военного гарнизона острова При́нсипи. Сам Нашсименту, по его словам, пребывал все это время в городе по прямому распоряжению вице-губернатора, который уверен, что его присутствие на месте событий может лишь усугубить накал страстей.
