«— Да что ж такое сегодня?! Что тебе? Ещё линий? Да на! Ух-ты! Опять угадал с психу! Интересно, психовать обязательно? И если да, как это делать без разрядов?»
После очередного разряда Жека решил пока приостановить собственную программу экспериментов. Всё равно её ещё надо хорошенько обдумать, сейчас это сделать точно не получится. Полностью успокоившись, приступил к прохождению уровня. Не так он и устал, это всего лишь такой же урок, что и был уже, ничего особенного…
Жека поднимался с ложемента, пусть не совершив каких-то особых открытий, но всё же вполне собой довольный. Даже после обычной тренировки на тяжесть и боль можно собой немного гордиться, тем более после дополнительной. Первое звено всем составом направилось в игровую каюту. Вообще-то им нужно было в операционку, но самому сбегать за сержантом и девочками Жека счёл потерей авторитета заместителя командира, как джентльмен просить об этом Лену не мог, а рыжий его послал в грубой форме, вот и пришлось идти вместе.
Впрочем, могли бы и не идти — Пьер играл с Клаусом в бильярд и не собирался покидать комнату отдыха, а без десятого звена вполне бы обошлись. Но делать нечего, пришлось вкратце объяснять, почему малые платформы такие большие:
Во-первых, люди научились добывать сырье на астероидах или малых планетах и производить почти все материалы в космосе. Отпала острая потребность в уменьшении веса — с планет возить не нужно, а в космосе его почти что и нет.
Во-вторых, для строительства и содержания громадной станции логистика и управление требуются немногим больше, чем для маленькой. То есть в несколько раз дешевле построить одну огромную, нежели пять маленьких. То же касается кораблей всех типов.
В-третьих, главное — это топливо, его боевому кораблю требуется очень много, ведь любое изменение траектории в космосе производится исключительно двигателями. Девочки видели брюшко «осы»? Это топливный бак, и его хватает на обидно короткое время маневренного боя.
Кадеты десятого звена умненько покивали, Энн напомнила, что сержант велел помочь им разобраться с принципом работы плазменных двигателей. Помогать взялась Лена. Сказала строго, что раз их сюда приняли, значит, уровень образования позволяет понять, что выдаст компьютер, а первому звену и так сегодня хорошо досталось, им ещё выполнять свои задания. Англичанки сразу сообразили, что объяснения исчерпаны, и с унылым видом воткнулись в голоэкраны.
Жека, приняв страшно занятой вид, исподтишка убедился, что девчата занялись своим, и дал запрос на информацию по Янеку. Жека не относился к нему враждебно, скорее, настороженно — он же пытался его убить! А что поляк, для него ничего не значило. Он не судил их строго, какое там было насилие неведомо, дамочка и сама могла запасть на симпатичных мальчишек. Жека себе честно признавался, что сам порой думал подобное о девочках, даже о Лене, но даже в мыслях не решался заходить слишком далеко. А эти парни решились! И срок им дали маленький. Пусть из-за непонятных тюремных обычаев им пришлось бы прожить по пять лет девочками… Жека смутно представлял себе, что это значит, он выделил главное — прожить и жить дальше… Но они сами попросились сюда, это многое значит! Жека вчитался в досье…
Янек не улыбался бедной практиканточке на суде. Их формально осудили не за насилие, а… за доведение до самоубийства. Насилие на суде не признали, но разглашение сведений о личной жизни как причину суицида в католическом мире не признать просто не могли. Эти симпатичные ребятки выложили самодельный порноролик в планетарную сеть. Девушка не жаловалась папе, не заявляла в полицию, практикантка, посмотрев видео, выбросилась из школьного окна.
Янек, без сомнений, точно так же улыбался судье, потом своему сержанту. А теперь улыбается ему… и ходит на дополнительные занятия по фехтованию. Только по фехтованию — в лабораторию Сузуки они не пришли. Они так уверены, что вернутся с экзаменов? Джулия говорила, что это детки планетарных шишек… но какое это имеет значение здесь? Жека решил для себя во всём разобраться и приступил, наконец, к заданию сержанта написать о Василии Ощепкове.
Снова ничего не снилось — наплевать, ночь уже в прошлом. Жека проснулся с новым чувством злой жадности к новому дню. Этот должен стать длинней, интересней вчерашнего! Рывок с плеч наружу, «и вам здрассти», зарядка… но без неё не обойтись… душ, одевание, чёртова рутина! Всё проделать чётко, без эмоций, их пока не на что тратить. Завтрак дело ответственное — отставить болтовню! Шагом марш в класс теории, ждать Дитриха со спокойной серьёзностью сжатой в душе стальной пружины. Ленка болтает с Олафом, Джонни что-то растолковывает Энн, Жека с отсутствующей миной ждёт.
Упругой походкой военного Дитрих прошёл за кафедру. Заговорил сразу по-французски. — Салют, кадеты. Надеюсь, все готовы? У всех в ушах подсказчики? Не у всех! Блюм, Хиг, Тод, в квадрат, на колени.
Парни понуро прошли на оранжевый пятачок.
