– Призрак. Тихо, никакого движения, все словно вымерло. Видим обжитой дом, но никого вокруг. Попрятались. Либо всех согнали на какую-то сходку, либо нас уже засекли.
– Гот. Правый фланг – тихо. Подтверждаю отсутствие любого движения.
– Тоско. Левый фланг – тихо.
– Бронза – тихо.
– До цели километр. – По интонации, скользнувшей в голосе Оператора, у меня сложилось ощущение, что Оператор этот километр считает сейчас за десять. Вплавь. – Возможно, мы уже засвечены. Но на спутнике тихо. Вокруг тихо. Либо здесь всегда так тихо, либо у них уровень оповещения даже лучше, чем мы предполагали. Сидят и ждут нас.
– Сравни со вчерашними снимками, – предложил кто-то, вроде как Призрак.
После паузы Оператор отозвался:
– Сравнил. Вчера в это время на улицах можно было встретить людей. Позавчера – тоже. Сейчас нигде ни одного. Плохо, очень. Бронза, переходите наверх, Тоско, Гот, сходитесь кучнее, Призрак – попробуй их выдернуть. Вперед на один дом и сразу назад. Где-то они нас ждут, понять бы еще – где.
– Предыдущие снимки? – клонил к своему Призрак. – Десять минут назад, час назад?
Оператор замолчал. Явно просматривая информацию по запросу Призрака.
– Да, все ушли с улиц через одну минуту после контакта. ОДНУ! Что у них здесь, банда или спецвойска? И как они сумели так организовать гражданских?
– Будем считать, что гражданских здесь просто нет, – предположил Призрак. – Кстати, хозяина в тошниловке не было. Тоже смылся. Я думал, просто отошел – заметить контакта он ведь не мог.
– Не мог, – подтвердил Бронза.
– Да камеры, небось, навешали на каждом углу, – лениво произнес Гот. – Вот и весь секрет. Спутника у них нет, зато этот район у них весь как на ладони.
– Берем за основу, – тут же сказал Оператор. – Призрак, отчет.
– Пусто. Качнулись вперед, двигаемся обратно. Тихо, никто не клюнул.
– Хотят нас всех затянуть, – подытожил Оператор. – Бронза, на крыше?
– Почти.
– Гот, занять дом справа. Крышу под контроль, подъезды соседних домов под контроль. Тоско – бери дом с кафе. То же самое. Призрак, маячьте между нами, контроль улицы. Бронза – три гранаты по цели, огонь по готовности.
– Ветрено сегодня, – заметил Бронза.
– Не суть. Мы же исходим из того, что гражданских здесь нет. Куда бы ни попал – все равно попадешь.
– Три гранаты навесом, огонь по готовности, – подтвердил Бронза.
Мы с Богословом не стали подниматься высоко, заняв угловую комнату в квартире на втором этаже.
Тут не жил никто уже давным-давно. В квартире не осталось ни мебели, ни вещей, ни стекол в окнах. Лишь пыль, да к одной из стен кто-то прислонил разбитую плазменную панель. Видимо, сначала пытались достать из нее что-нибудь полезное, но мародерам это быстро надоело, и они ограничились лишь уничтожением.
Так даже лучше. Мне сейчас только еще и не хватало, что чужих воспоминаний, связанных с обитателями этой квартиры, воспоминаний, которые источают оставленные, забытые хозяевами вещи. Не хотел я тут трогательных забытых кукол или медвежат с оторванными лапами.
Сверху хлопнул гранатомет.
– Попадание, – через несколько секунд сообщил Оператор. – Давай еще.
Хлопнуло «еще». Потом третий раз.
– Есть активность, – удовлетворенно сообщил Оператор. – Множественные цели у объекта, множественные цели… с правого фланга, до тридцати целей с левого. Есть движение позади. Дьявол, очень они слаженно работают. Очень.
– Не упоминай… – начал было Богослов.
– Да-да, извини, – тут же ответил Оператор. – Круговая оборона, уничтожение живой силы. Модулям – фас, красный уровень. Буду просить поддержку с воздуха, но хрен они сейчас что пришлют.
Я переключил дронов. Красный уровень означал, что модули будут палить во все, что не опознано как «свой». Крайне неприятная вещь в городских условиях. Выбежит какая-нибудь девочка в красном платьице в горошек… Оставалось надеяться, что не выбежит.
– Тюжок, ну нам долго еще ждать? – это Оператор.
– Подключился, фильтрую. Каналы все шифрованные и постоянно меняются. Не смогу. Не знаю, кто снабжает эту группировку, но это не просто ребята с бедных кварталов. Могу только вырубить им все видео. До трехсот камер в зоне.
– Сделай, – согласился Оператор.
– Линзы снимай, – скомандовал мне Богослов. – Быстренько, переходи на шлем. Вернись на лестницу. Поставь растяжку на лестнице вниз, еще одну на лестнице вверх. Йюм-четыре внутри квартиры, сразу за входной дверью. Много их бежит.
Я двинулся вперед, засунул палец себе в рот, сплюнул грязь и остатки крови, которые на нем были. Неприятно, но уже не тошнило. Что делать, не тыкать же себе в глаз грязным пальцем. Какую заразу занесешь – неизвестно.
– С направлением не перепутай, у йюм-четыре. Красная стрелка – направление удара, – напутствовал меня Богослов. Сам он в это время расчехлял снайперскую винтовку, простенькую, но здесь и не было расстояний для использования чего-то более тяжелого.
