Экран тактического шлема показывал, собственно, то же самое, что и линзы. Но с ним действительно было проще. Карта с множеством приближающихся красных точек располагалась ниже основной линии зрения, так что нужно было слегка скосить глаза вниз, чтобы рассмотреть детали.
Но детали сейчас явно можно было опустить. В зоне, которую охватывала карта, виднелись до полусотни красных точек-целей, быстро приближающихся со всех сторон. И наши двадцать четыре зеленых, занявших нечто вроде квадрата из четырех соседних зданий. Модули у всех перемещались на улицах между, лишь некоторая их часть ушла на внешний периметр, чтобы, в случае чего, затормозить наступление, если оно окажется слишком уж стремительным.
– Короткая улица твоя, – сказал Богослов, когда я вернулся. – Эта – моя. Не высовывайся, не приближайся к окну. Стреляй, только когда уверен, что попадешь. Нам надо сбить с них спесь. Потом посмотрим, что к чему.
– Они замедлились, – сказал кто-то.
– Вижу, – ответил Оператор. – Тюжок, ты точно заглушил камеры?
– Да точно, – обиделся Тюжок. – Если только они еще и проводные не поставили. Тогда я бессилен.
– Думаю, что они просто действуют по стандартной процедуре, – заметил Призрак. – Сейчас все подтянутся, начнут нас проверять.
– По стандартной процедуре могут действовать обученные солдаты, а не бандиты. – Оператор нервничал.
– Иногда бывает, что это одно и то же, – парировал Призрак.
Одна из бледно-зеленых точек на тактическом экране мигнула, на мгновение вспыхнув ярче остальных.
– Контакт, вывожу картинку. – Я все лучше начинал понимать, почему командир взвода имел такую кличку. В левом нижнем углу моего дисплея появилось крошечное видео с камеры модуля, что первым обнаружил врага.
Трое двигались перебежками, постепенно подбираясь ближе к той зоне, что сейчас находилась под нашим контролем. Двигались медленно и, как мне показалось, слегка неуверенно. Не знали они, чего ожидать. Видимо, рассчитывали, как и в прошлый раз, взять гостей нахрапом и внезапностью.
Но это явно был авангард, разведка.
– Чей модуль? Попробуйте затянуть их глубже, пусть сделает вид, что его вспугнули, и отступает.
– Кого «вспугнули»? Модуль? Это как? – бормотнул кто-то в эфире, видимо, хозяин машинки.
– Ну, вдруг они не разбираются в протоколах дронов. Отводи его.
– Отвожу, – согласился голос.
Картинка задрожала, модуль развернулся и начал улепетывать, держа при этом прицел оружия и соответственно камеры на тройке разведчиков. Его заметили, но спешить они не стали. Наоборот, остановились и попрятались за укрытиями, словно испугались увиденной машинки. Видно было, как один из разведчиков что-то говорит в рацию.
– Не сработало, – подытожил Оператор. – Давай им гранату.
– Есть гранату, – ответил заметно повеселевший хозяин модуля.
Граната легла ровнехонько в центре проулка, явно накрыв всех троих. Дроны не мажут. Не на таком расстоянии.
– А изобрази-ка им свихнувшегося робота, а? – предложил Оператор.
– Модуль жалко, – ответил солдат, но модуль одновременно двинулся вперед, прямо в дым после взрыва. Прорвавшись через завесу, он начал разгоняться. Согласно карте, где-то впереди, недалеко перед ним, находилась группа еще из десятка человек. Именно к ней он и устремился.
Досмотреть я не успел. На моей карте сразу вспыхнули еще несколько зеленых точек, на этот раз со всех сторон сразу. В том числе и с той, которую охраняли мы. Дроны вступали в контакт с противником.
Богослов выстрелил, два раза подряд, и тут же спрятался за стеной. Я даже не видел, куда и в кого он палит, но судя по всему, он – видел. А в моем проулке вроде никого и не было.
– Как у тебя? – спросил он.
Я посмотрел на свою улочку еще раз:
– Тихо.
– Иди, снимай мины. Меняем позицию.
Теперь стрелять начали со всех сторон. Где-то взорвалась граната, потом еще одна. Потом канонада стала такой густой, что я почти перестал различать в ней отдельные звуки.
Снимая мины, я поменял картинку на экране на четыре камеры со своих дронов. Лишь один из них оказался в самой гуще. Он непрерывно крутился на небольшом пятачке, стреляя чуть ли не во все стороны. Судя по карте, несколько человек он остановил. Потом картинка исчезла, и связь с дроном оказалась потеряна. Я мог лишь предположить, что кто-то накрыл его гранатой.
И, судя по всему, из окна здания, а не с улицы.
Мы увязали все глубже и глубже.
Если они уже рассредоточились внутри домов, то скоро нам придется идти в рукопашную, повторения чего мне бы сегодня очень не хотелось.
Богослов вышел на лестничную клетку ровно в тот момент, когда я снял вторую растяжку.
– На два этажа выше, прямо над нами, – скомандовал он. – Здесь пристрелялись. Бронза, как на крыше?
Последнее он говорил уже в передатчик.
– Сунулись раз на соседнюю, а так спокойно. Если соберетесь к нам, смотрите под ноги.
– Понятно.
Квартира двумя этажами выше ничем не отличалась от предыдущей. Такая же пустая, пыльная и бездушная. Даже сломанного телевизора не осталось, чтобы хоть как-то напомнить, что здесь кто-то когда-то жил.
