– Чёрными забиты чуть ли не все ущелья на соседних «шляпках», – заметила Таисия Котик, оператор защитных систем и систем вооружения фрегата. – Твердыня, оцени.
В растворе операционного виома показалась борозда глубиной в пару километров и длиной в две сотни. Параллельно ей тянулись ещё несколько таких же борозд, идущих параллельно, словно они были процарапаны гигантскими граблями. Царапина приблизилась и превратилась в неширокий каньон. Он и в самом деле был заполнен чуть ли не доверху обломками чёрных башен, словно рытвины на земных дорогах – гравием.
– Сколько же их!
– Сотни!
– Тысячи, – поправил Таисию компьютер.
– А почему две белые располагаются отдельно?
– Может быть, это парковка? – предположил Дамир.
– Либо отстойник, – добавила Кочевая. – Просто за ними давно никто не ухаживал.
– Но за этими двумя как раз ухаживают.
– Кто?
– Должна же тут быть какая-то система обслуживания.
– Дохры, – прыснула Кочевая. – Так их назвал «Охотник».
– Нас лижут два локатора, – вдруг доложил Твердыня.
– Вот тебе и ответ – кто. Сейчас узнаем.
– Можешь запеленговать? – спросил Дарислав, присоединившийся к переговорам экипажа.
– Легко: один источник расположен на «грибе» под консолью с башнями, второй приближается. Но я его пока не вижу.
– Может, лучше спрятаться?
– Параметры излучения отличаются от известных мне радарных систем.
– Тем более лучше укрыться под силовой купол.
– Капитан, боевая готовность! – бросил Дарислав, уже в который раз подчиняясь голосу интуиции. – Пассажирам занять капсулы в каютах!
Ложементы экипажа на посту управления попрятали космолётчиков.
– Распознавание!
– Опознать не удаётся, мало данных.
– Вот же они! – вскричал навигатор. – Под нами!
Из-под козырька «парковки» с башнями вывернулся ручей плохо видимых закорючек и понёсся к фрегату, обретая форму трезубца.
Твердыня вывел изображение одной закорючки на шлемы космолётчиков, стала видна конструкция объекта, формой напоминавшего скелет крысы.
– Жуть! – выдохнул Филин. – Тут водятся крысы?! Неужели жители этой «грибной» поросли?!
– Контакт! – выговорил Дарислав.
Фрегат десантировал беспилотник, предназначенный для контактов с инопланетными существами.
Но трезубец, включавший около сотни «скелетиков», не заинтересовался аппаратом. Он вдруг ощетинился слоем злых искр, и к фрегату потянулся сгусток неяркого фиолетово-красного огня, похожий на язычок пламени костра!
– Оп! – раздался дружный вопль пассажиров, сидевших в защитных коконах.
– Спокойно, господа! – отозвалась Таисия Котик, как никто другой, знавшая возможности защиты «Великолепного».
Разряд не достиг обшивки фрегата десяток метров и погас, словно на огонь вылили ушат воды.
Трезубец сломался, расползаясь струями дыма «крысиных скелетиков». Создалось впечатление, что «скелетики» совещаются, прежде чем продолжить атаку. Но не они представляли собой главную угрозу.
Буквально в паре километров от «Великолепного» проявилось прозрачное, плавно меняющее очертания облако, превратившееся в космический корабль неизвестной конструкции. Больше всего он походил на чешуйчатого трёхголового динозавра, растопырившего четыре крыла с острыми перьями-лезвиями. Технологиями преодоления космических расстояний он владел не хуже землян, что и продемонстрировал, растаяв без следа и мгновение спустя появляясь за кормой «Великолепного».
Правда, для боевых систем фрегата не имело значения местоположение пришельца, он мог стрелять одновременно в любом направлении, но ради предупреждения противника компьютер сделал то же самое: ушёл в невидимость, прыгнул на четыре километра и вышел «из струны» за кормой агрессора.
Видимо, хозяева монстра (два километра в длину, два километра от конца левого крыла до конца правого) не ожидали такой прыти от земного космолёта величиной всего лишь с собственное крыло. Однако недружественных намерений своих они не поменяли. Выслушав призыв людей «начать мирные переговоры» (Твердыня успел выдать запись в эфир), они нанесли удар.
Гигантское полотнище призрачного зелёного пламени шваркнуло в упор: разряд походил на плазменный, но его воздействие было вовсе не таким, как при попадании сгустка плазмы.
Плоский, изогнутый, как лента Мёбиуса, лист неведомой энергии врезался в беспилотник, и от аппарата не осталось ничего! Ни обломка, ни сгустка пыли, ни облачка газа. Попади он по фрегату, неизвестно, что произошло бы, несмотря на полевую защиту корабля. Однако «Великолепного» в этом месте уже не было. Если разряду понадобились десятые доли секунды, чтобы долететь до фрегата, то Твердыне хватило тысячной доли секунды, чтобы оценить угрозу и отреагировать.
– Дай ему по харе! – азартно вскричал пришедший в себя после старта Филин.
– Надери ему задницу! – поддержал бортинженера давний соратник Шустова Джон Булковски, отражая тем самым разницу менталитетов – русского и американца.
– Отходим! – хладнокровно отрезал Дроздов.
– Не понял, почему отходим?! Капитан, этим наглецам надо преподать урок!
Дроздов не ответил.
