– Обустраивалась на новом месте, – я пожала плечами. А заодно решила, что тактика глуповатой бравады пока меня устраивает. Вроде бы убивать не собираются, в костёр не суют, а там, глядишь, и что-то полезное скажут.
– Жизнь нерождённая, – собеседник вздохнул. – Та, что была мне когда-то обещана.
– Я никому не обещана.
– Девушка с твоим лицом и твоим именем обещала мне это, прежде чем я передал ей ларец. И вот прошло девять месяцев, и нерождённая жизнь здесь, передо мной.
– Семь, – сказала я. – С момента того сна прошло семь месяцев или около того.
– Но девять с тех пор, как ты начала видеть сны, – он хохотнул. – А впрочем, это не важно. Ты мне нужна, но гораздо нужнее тебе я. Ведь так?
– Если ты знаешь ответы на вопросы…
– Ответы! Ха! Люди всегда хотят ответы, но не готовы их услышать. Ты – готова?
– Давай представим, что да.
– Хороший ответ! – он снова хохотнул.
Встал медленно, спокойно и скрылся в палатке. Я на всякий случай приготовилась бежать, если он вдруг вздумает оттуда появиться с чем-нибудь острым. Пока смысл разговора ускользал от меня, но это вот «нерождённая жизнь была мне обещана» очень не нравилось. Отдавало чем-то из детских сказок.
Когда отшельник вышел из палатки, в его руках была фляга. Он кинул её, и та упала на песок рядом со мной.
– Бери, не бойся. Здесь простая вода. Ты хочешь услышать ответы, но ещё больше хочешь пить. Не волнуйся, Кристина, пока ещё не случилось ничего плохого. Время есть.
В этих интонациях мне почувствовалось что-то знакомое. Словно бы кто-то со мной разговаривал в похожей манере. Но в голове всё перемешалось, и я так и не смогла определить – было то в реальности или же во снах.
Я сделала маленький глоток из фляги – по вкусу действительно походило на воду без лишних примесей. Закрутив пробку, я положила флягу рядом с собой, в горячий песок.
– Ну что, теперь поговорим? – спросил отшельник. – Задавай свои вопросы, если так уж хочешь.
– Как тебя зовут? Или как к тебе обращаться?
– А как бы ты хотела?
– Не знаю, – я пожала плечами. – Остановимся на варианте Румпельштильцхен. С этими разговорами о нерождённой жизни других вариантов не остаётся.
– Хорошо. – Мне показалось, что глаза отшельника улыбнулись, хотя на лице выползло грубоватое выражение. – Отличное начало. Что ещё ты хотела бы узнать?
– Зачем это всё происходит?
– Ты нам расскажешь! – теперь он захохотал в голос. Смеялся долго и громогласно, а звук разносился далеко по пустыне.
Я поняла, что простых ответов мне не получить.
Костёр, в который никто не подбрасывал дров, горел всё тем же ровным пламенем. Вечное солнце висело где обычно, не думая сдвигаться с места. Отшельник сидел передо мной и молчал.
– Пока я не услышала ни одного ответа, – сказала я. – Ты только и делаешь, что отшучиваешься. И говоришь это так, чтобы меня уязвить.
Страха не было. Как и ярости. Даже логика куда-то подевалась. Осталось лишь странное спокойствие на грани с «пофигизмом». Пожалуй, мне даже не столько хотелось услышать ответы, сколько мечталось, чтобы наконец-то прекратилась эта игра в загадки. Их и так в последнее время хватало. А сейчас у меня под рукой не было Ио, который мог выдвинуть какую-нибудь чудесную теорию или просто успокоить своим присутствием.
Ио… От воспоминания о нём в груди неприятно кольнуло, но, к счастью, быстро прошло.
– Может быть, ты задаёшь не те вопросы? – В этот раз отшельник продемонстрировал мне сурового мужчину лет сорока. Квадратный подбородок, волевые скулы, тяжёлый взгляд из-под бровей.
«Просто представь, что все его рожи – это смайлики», – сказала я себе и не удержалась от улыбки.
– Улыбаешься. Это хорошо. – Кокетливый взгляд роковой красотки.
– Ну, если я задаю не те вопросы, тогда скажи, например, – я на секунду задумалась, что же спросить такого отстранённого, – кто приглядывает за домами в городе? Приносит еду, меняет постель, наводит уборку.
– Тресго, – он хмыкнул и показал мне мордочку гоблина. Может быть, эти самые тресго так и выглядели? – Тебе стало от этого легче?
– Безусловно, – кивнула я, хотя не понимала, что же дальше делать с этим знанием. – А кто заставляет тресго это делать?
– Здешнее мироздание.
– Так, может, здешнее мироздание – это и есть универсальный ответ на все мои вопросы?
– В широком смысле – да, конечно.
Усталость нахлынула с новой силой. И вместе с ней – отупение. А потом и злость. Не ярость на это странное существо, не гнев на тех, кто меня сюда отправил. Простая обычная злость усталого человека, который хотел, чтобы всё было просто и понятно, а его в очередной раз «грузят».
– Слушай, Дон Хуан, а может быть, ты вообще не знаешь ответов? – спросила я. – Может, тебе просто скучно и ты решил тут со мной поболтать?
