Он действительно стал для них лучом в беспросветной тьме, пусть и весьма специфическим.
Девушка перевела взгляд на бессмертную тряпку, каким-то образом пережившую то, что не пережила даже особая ткань, прищурившись.
Их шедевр, воплощённый одним из самых искусных портных (
Кажется, ей нужно будет заполучить эту тряпку и узнать, из какого материала она состоит. Возможно, за этим хранится какая-то великая тайна!
Конечно, девушке было интересно, как Погасший собирался поступить с её братом. Жалости к нему она не испытывала ни в малейшей степени, а потому тихо рассчитывала на нечто если не грандиозное, то как минимум… интересное.
И её избранник не разочаровал.
С самого начала Мелина задавалась вопросом, почему Константин оказался столь терпелив с Ледой. Пусть у неё и успели возникнуть сперва достаточно… опасные подозрения, своим поведением Костя быстро доказал, что в блондинке никакой вайфу и близко не видел.
Оказалось, она была частью изощрённого видения решения проблемы мужчины.
Договор с Ледой был максимально прост. Женщина в принципе не могла быть против него: если Константин победит, то она позаботится о благополучии Великодушного. Если же победит он…
Могущественный Погасший просто перестанет быть проблемой. Так как сама женщина не могла ничего сделать Косте, ей оставалось только согласиться. Как будто она что-то теряла от этого.
Нет, на самом деле не так.
«Ужасная судьба», — поджала губы Мелина, увидев улыбку Леды.
Широкую, безумную, её глаза сияли чем-то ужасным. Более того, поглаживая уснувшего Бога по голове, можно было услышать счастливые… звуки, чем-то напоминающие визг.
И не только Мелина была насторожена, но и Святая Трина, лениво отдыхавшая в своём цветке. Где-то в сторонке спал широко улыбающийся Тиолье.
Предложенный Погасшим компромисс предлагал для новорождённого Бога заточение в виде сна, в котором все его желания будут исполнены. Сон, в котором он сможет вырасти и по-настоящему отбросить личину ребёнка. Это был единственный компромисс, на который мог пойти в текущей ситуации Константин, чтобы не лишать Микеллу жизни.
Ранний фарм повлиял на него сильнее, чем он думал.
— Твой взгляд полон… тепла, Леда, — прошептала Трина.
Её мягкий, нежный голос, казалось, был неспособен на подозрение и недоверие, но…
Нет. Более чем способен! Она, мягко говоря, опасалась оставлять тело своей половины столь широко улыбающейся ненормальной!
Убийство Микеллы казалось ей теперь ещё более милосердной альтернативой, чем сладкий сон.
— Госпожа Трина, не сомневайтесь, я сделаю всё, чтобы тело Великодушного оставалось
— …
— …
Мелина и Трина переглянулись.
Доверие к истеричной блондинке стремилось к отрицательным значениям.
«Она ещё более безумная, чем сестра королевы Ренналы», — поёжилась фальшивая служанка Пальцев.
Её Погасший, определённо, при желании имел крайне изощрённую фантазию!
— Думаю, всё будет хорошо, — невозмутимо буркнул Костя.
Скептичный и встревоженный взгляды девушек он проигнорировал.
Не настолько он переживал за судьбу злого маленького мальчика.
Фактически, душное DLC было додушено. Не совсем полностью, но с уверенностью в том, что в ближайшее время его не ждали новые сюрпризы.
Теперь Константина ждал новый виток рутины. Разговоры с бывшими последователями Микеллы и, в частности, со стариком Ансбахом, разговоры с Мессмером и теми, кто последовал за ним. Им нужно было решать, как и в каком виде они будут возвращаться во внешний мир.
Не говоря уже про жрицу драконьего причастия с Игоном. Возможно, впоследствии обещали вылезти и другие вопросы. Например, мимо пролетающие древние драконицы. Просто например.
И это не говоря уже о том, что могли возникнуть вопросы по возвращению из Царства Теней. Как минимум, ему нужно было вновь хотя бы мельком посетить Замок Грозовой Завесы. Это было обязательно.
Так или иначе, проекции использовать он не собирался. Ни за что!
Мужчина вздохнул.
Время, до этого всё ещё старавшееся идти медленно и тягуче, понеслось вскачь.
До тех самых пор, пока не наступил решающий момент.
— То, что внутри… оно настолько опасно, Константин?
Погасший не спешил отвечать, стоя прямо напротив Древа Эрд, закрытого непроходимыми лозами.
Мелина сжала вместилище Ренни, понимая, что просто так он не стал бы передавать ей сущность полубогини. Даже при битве против Бога он смело взял её с собой, уверенный в том, что справится.
Но теперь…
В столице в принципе никого не осталось. Все были изгнаны, разумные они или нет. Остались лишь крысы. Константин не стал что-либо кому-то объяснять, лишь отдав приказ.