– Ничего особенного… Мне хочется тебя обнять. Честно говоря, я очень тебя хочу.
– И это правильно. Хорошее желание.
– Но еще я думаю… Вот представь себе – тут неподалеку, у Баниаса, почти на самой границе с Ливаном, стоит дворец Агриппы. В отличной сохранности – будто его только что построили. Когда-то дворец не стали разрушать, когда пришли сюда персы, а просто засыпали землей. И он стоит, как новенький, – ни единой выщерблинки. Тогда не было еще огнестрельного оружия. Щербатые руины – удел новейших времен. Самый главный серийный убийца – это история. Все подчистую чешет – люди, звери, города, страны, ей все равно.
– Говоришь, дворец стоит, как новенький? Так это машина времени. Так хочу туда попасть…
– Завтра можно прокатиться, – неуверенно сказал он и продолжил: – Все, что касается убийства, почему-то увлекает человека. И дело не в том, что никто не знает, что с нами произойдет, когда мы умрем. Очень хочется знать, да? Точней, не только в этом. Есть некий врожденный азарт – вырвать кусок плоти из оскала дьявола. Человек протестует против белых пятен. Расскажу тебе… Когда-то я жил в Калифорнии, в Сан-Франциско. Многие знают этот случай – маньяка Зодиака. Он переписывался с полицией с помощью объявлений в газете. Его так и не нашли. Никто не ведает, не стал ли он убивать снова, но втихую. Одно из первых его немотивированных убийств произошло на берегу озера Берееса. Это озеро – водохранилище, запруженное в конце 1940-х в русле речки. Кстати, в той долине находился один из лагерей, где содержали во время войны японцев. В конце 1960-х парень с девушкой приехали сюда загорать и устроили на берегу пикник. В сумерках стали было собираться обратно. Вдруг от дороги появился человек – худощавый, в плаще, в очках и шляпе. Он набросился на них и нанес несколько ножевых ранений обоим. Девушка выжила, парень умер.
– В бой идут одни мужики. Хотя, судя по описанию, убийцей могла быть и женщина. Плащ, шляпа и очки – посреди пляжного сезона. Я похожа на убийцу?
– Похожа. Кто тебя знает.
– А ты – нет. Иди ко мне.
Он смотрел на нее и вдруг почувствовал влечение, от которого у него забилось сердце.
– С того случая и берут отсчет злодеяния Зодиака, – заговорил он снова. – Продолжалось это несколько лет – маньяк даже просил выкуп у полиции. А то, мол, не остановится.
– Брось, все смотрели
– А потом в какой-то момент все прекратилось. Он куда-то канул, этот Зодиак. Не то помер. Не то раскаялся. С тех пор прошло полвека. А этот новый Джек Потрошитель так и не раскрыт.
– Я вижу, тебя завораживает принцип безнаказанности.
– Ты права. Но кто историю накажет?
– У каждой цепочки следствий есть первое звено – причина. И обычно оно, это звено, создано не провидением, а человеком. Значит, у каждой катастрофы есть тот, кого можно наказать.
– А кто накажет виновного в гибели «Титаника»? Кто там вообще обвиняемый? Айсберг? Морские течения? Смотровой? Капитан?.. Я, как завороженный, в день первого преступления Зодиака – 26 августа, к вечеру отправлялся на то самое место на берегу Береесы и ждал, когда появится Зодиак, – согласно заповеди, что преступника влечет место преступления. Особенно маньяков…
– И однажды встретил там странную старуху…
– Как ты догадалась?
Она пожала плечами.
– Мне не трудно. Старуха эта стояла на обочине дороги у своего какого-нибудь древнего «бьюика» и смотрела на озеро. Увидев тебя, она просто села за руль и тихонько тронулась с места.
– Почти все так и было. Только не «бьюик», а «шеви».
Она привстала и улыбнулась, с озорством глядя ему в глаза.
– Так вот почему я похожа на Зодиака – я умная, – рассмеялась она. – Ты меня боишься?
– Нисколько.
– Милый, ты чокнутый, но я придумала, – сказала она, вдруг посерьезнев.
– Давай, докладывай, – сказал он, перестав, стоя на кровати на коленях, бороться с брючным ремнем.
Она привлекла его к себе и горячо зашептала что-то на ухо.
Езды до Баниаса оказалось минут десять. К моменту, когда они приблизились ко дворцу, взошла луна. Они бродили по сводчатым переходам, невольно замирая от звука собственных шагов. Она то и дело оборачивалась на него – не то всматриваясь в его реакцию, не то подставляя лицо поцелуям.
Вдруг она кинулась по одной из улочек, подсвечивая себе фонариком телефона, и наклонилась, сунув голову в нишу зарешеченного окошка.
– Зо-ди-а-ак! – прошептала она громко, приложив руку ко рту. – Зо-ди-а-ак, мы пришли тебя искать!
Дальше с ним произошло слабо объяснимое. Он задрал ей платье, рванул на себе ремень и овладел ею так грубо, как только хватило ему на это сил.
Что он помнил с тех пор?
Постукивание каблуков и невозмутимый сначала, но потом срывающийся голос:
– Зо-ди-ак! Зодиак, мы тебя нашли!
Назовем эту главку «Роден и Рильке».
