– Это далеко не так. Необходимо провести вас туда незамеченными, чтобы к вам не прицепились упыри или кто похуже, из организаторов игр. Обычно трэллов осматривают перед покупкой. Но, как я уже говорил, переполох перед боями сыграет нам на руку. Я продумаю всё лучшим образом, поскольку, если вас раскроют, то потом доберутся и до меня. Уловил?
Конор мазнул по нему отстранённым взглядом и повернулся к Марку.
– Что думаешь?
Керник повёл плечами и заглянул к нему через плечо, всматриваясь в карту. Схематичные наброски Арены отражали её внушительные размеры.
– План может сработать, но как мы будем знать, где искать Лету? Уйдёт вечность, чтобы прочесать там каждый угол.
– Вы дождётесь начала игр и будете следить за ними, – ответил Эсбен. – Пока она не появится на Арене.
– То есть, предлагаешь в открытую шататься по коридорам этой громадины, на глазах у имперцев? – скептически протянул он. – А шмотки Чёрных Плащей1 раздобудешь?
– Откуда, мать твою? Я не всесилен.
– Мы сами найдём их, – предложил Марк, перехватывая внимание Конора. – Помнишь тот отряд у реки, что мы в обед видели?
– Сумеешь выследишь их?
Марк согласно мотнул головой. Запах ледяной, частично обескровленной плоти всё ещё стоял у него в носу. Те упыри были голодны. От того и быстро теряли бдительность.
Подобные рыскали по здешним местам без особо рвения, понимая, что скорее перегрызут друг друга, чем найдут мятежников в глухомани. Но Империя и Стылую Кровь не могла полностью оставить без своего контроля, отправляя сюда скуденькие полудохлые отряды.
– Хорошо, – Конор перевёл глаза на Эсбена.
– Я не знаю, кого против неё выставят на Арене, – произнёс тот. – Могут как одного, так и с десяток бойцов. Когда вы окажетесь внутри, действовать придётся по ситуации.
– А где держат Хальдора? – спросил Марк.
Конор прищурился – достаточно угрожающе, чтобы керник осознал свою опрометчивость. Однако он и бровью не повёл, выдерживая настойчивость сдирающих с него шкуру глаз.
– Этого я тоже не знаю. Но их привезли в Ноэстис вместе. Расскажите потом подробности сами.
– Ты не пойдёшь на игры? – засомневался Конор, отлепив взор от Марка. – Ты же их обожал.
– Лучше я дождусь вас снаружи Арены. Встречу с распростёртыми объятиями в случае успеха. Или преспокойно отчалю в закат, убедившись перед этим, что все причастные к этому мертвы, – Эсбен обогнул пенёк с картой, почти вплотную встав к Конору. – Надеюсь, ты оправдаешь вложенные в тебя старания.
Северянин был выше ростом работорговца на целую голову. Он лениво улыбнулся и склонился к нему.
– А ты не предашь меня по пути, – прошептал он. – В противном случае я выберусь с того света, чтобы придушить тебя, урод.
– Конор-хрен-убьёшь,– отчеканил толстяк и встряхнул накидку, распушив меха. – Однажды тебе перестанет везти. Смерть должна была забрать ещё тогда, пятнадцать лет назад.
– Семнадцать. Дуй уже отсюда, Эсбен.
Работорговец позволил себе хлопнуть Конора по плечу с презрительной усмешкой, а северянин с трудом поборол желание оттяпать ему руку.
– Выдвигайтесь на север к вечеру, – сказал Эсбен напоследок. – Буду ждать вас на тракте.
Конор стоял неподвижно до тех пор, пока работорговец и его охрана не скрылись из виду. Лицо его будто бы онемело, сражённое единичной судорогой гнева. Марк предусмотрительно отошёл на расстояние, на котором ему будет сложно дотянуться до керника рукой или мечом.
– Что ты вытворяешь, волколак?
– А что я вытворяю? – недоумевающе переспросил Марк.
Более страшной и от этого заставлявшей съёжиться улыбки, какая была сейчас у Конора, ему ещё не доводилось видеть.
– Ярла надумал с собой прихватить?
– Мы можем поговорить об этом.
– Нет, не можем, – отрезал Конор, медленно приближаясь к нему. – Не ты, не я, никто из нас не представляет, что произойдёт в Ноэстисе и чем всё в итоге закончится. Насрать на Хальдора. Наша цель – полукровка. Или ты стал забывать о своей драгоценной подруге?
– Никогда, – с жаром заявил Марк. – Но ты сам говорил о его вызволении. Логнару. И Тороду.
– Я врал, шерстистый, – приподняв брови, произнёс он так, будто бы объяснял малолетнему ребёнку очевидную истину.
– Нельзя недооценивать важность Хальдора для Сынов. Бора сказала, что мы должны воспользоваться возможностью и вытащить его вместе с Летой.
– Насколько был сладким её ротик, что ты от вылетевшей из него болтовни вконец превратился безрассудного кретина? – язвительно спросил Конор.
– Ты идёшь дразнить имперцев к ним же в логово из-за женщины. И я кретин после этого?
Конор в два шага сократил расстояние между ними.
– Ты что-то путаешь, псина, – прошипел он ему в лицо. – Это ты привык садиться на привязь к бабам. Меня ведёт на Арену кое-что другое.
– И что же это, Конор, как не тот самый поводок, коим ты меня попрекаешь? – Марк демонстративно опустил глаза на его левую руку с замотанным в почерневшую от крови тряпку обрубком мизинца.
Северянин бессознательно потянулся к увечью здоровой рукой, но одёрнул себя. Озлобленное, с трудом подавляемое пламя в его взгляде расплавило выдержку Марка, и он отпрянул.
