Лаайда ужаснулась, поняв, что это несчастное существо всё еще живое. Словно боясь быть узнанной, она поспешно отвела взгляд от изувеченного лица Хеенса. Но наткнулась на полдесятка пришитых пальцев, которые подобно россыпи уродливых грибов произрастали в непредусмотренном богами месте.
К горлу снова подкатила тошнота. И узнице пришлось отвернуться, чтобы не блевануть еще раз.
— Этого достаточно, мама, или тебе нужно узреть его вырезанное сердце? — с мертвенным спокойствием уточнил нор Адамастро.
— Прошу, Риз, прекрати его мучения! — взмолилась Лаайда. — Никто… никто не должен так страдать!
Молодой аристократ насмешливо посмотрел на пленницу, явно не разделяя такого мнения. Но спорить не стал.
— Как тебе будет угодно, — произнес он, а затем дал знак своей белокожей приспешнице.
Та словно только и ждала этого. Метнувшись вперед, она выхватила с пояса нож и вонзила его в грудь Хеенсу.
— Х-х-х-ы-ы-ы-а-а-а… — тихо выдохнул измученный алавиец, и его разноцветные глаза медленно закатились под мешковатые складки кожи, которые язык не поворачивался называть веками.
— Вот теперь ты совершенно честно можешь поведать, что твоего товарища убил кьерр, — иронично улыбнулся Ризант, абсолютно равнодушный к смерти представителя высшей расы.
Лаайда, всё еще пребывающая в состоянии ошеломления, ничего не ответила. Она не могла отвести взгляда от Хеенса. То, как легко сын прикончил темноликого и что сотворил с ним перед этим, пробудило в её душе гнетущее беспокойство и ужас.
— А теперь, самое главное, мама. Сейчас на землях Патриархии для альвэ настали непростые времена. Все твои соплеменники изрядно осторожничают и не рискуют лишний раз высовываться. Но я уверен, тебе известны способы связи с ними. Если ты хочешь выйти отсюда, то должна сообщить кое о чём своим кардиналам.
— О… чём? — сипло переспросила она.
— Скажи, что ты узнала о человеке, который согласился поведать о произошедшем в Фаренхолде.
— Риз, моя клятва… она не позволит мне солгать, — неуверенно промямлила Лаайда.
— Но это и не будет ложью. Я лично видел, как той ночью пали алавийские легионы. Или кардиналов Капитулата не интересует информация о том, кто применял под стенами города чары из разделов высшей магии темноликих?
Янтарные глаза Ризанта полыхнули полубезумным огнём, и пленница, не выдержав этого зрелища, отвернулась. Каарнвадер всеведущий, да что за дьявольскую игру затеял её сын?!!
Вайола сидела в опочивальне перед большим зеркалом и неспешно расчесывала свои длинные песочного цвета волосы. На уста аристократки то и дело наползала смущенная улыбка, которую она старалась давить в зародыше. Но не всегда получалось. И когда милария гран Иземдор напоминала себе о первопричине своего приподнятого настроения, её щёки заливались румянцем.
Всё-таки странный он, этот Ризант нор Адамастро. Но, признаться, Вайола не ожидала от него такого благородства. Да, минувшим вечером молодой полукровка её покорил. Он, как умелый ловелас, прекрасно знал, что нужно делать, дабы заполучить благосклонность дамы. И аристократка, даже заранее предполагая, что на ней будут испытывать приёмы обольщения, этот бой проиграла с треском. Но в самый решающий момент Риз не воспользовался слабостью Вайолы. Он одёрнул её и привел в чувство одной короткой фразой. Интересно, почему?
— Я всё ещё жду, когда ты соизволишь доложить мне о том, как прошла твоя встреча с главой Адамастро.
Мужской голос, прозвучавший за спиной, заставил аристократку испуганно вздрогнуть. Она порывисто обернулась, хватаясь за сердце, и увидела стоящего на пороге Инриана гран Иземдор. Неужели Вайола настолько погрузилась в свои мысли, что проморгала его визит? И как долго он здесь находится?
— Я сильно задержалась, мой экселенс, и решила, что вы уже отбыли наслаждаться заслуженным отдыхом. Поэтому намеревалась навестить вас сразу после рассвета, — спокойно ответила девушка, украдкой переводя дух.
— Я вроде бы предельно чётко изъяснялся, Вайола, когда отправлял тебя с поручением. Ты должна была сообщить мне обо всём
— Прошу меня простить, это моя вина, — покладисто потупила взор собеседница.
— Что ответил тебе Адамастро? — почти грубо отмёл все её извинения глава рода.
— Он сказал, что я смогла убедить его, а потому он принимает ваше предложение, мой экселенс, — сверкнула глазками милария.
— Я не ослышался? — замер Инриан, непроизвольно приоткрыв рот от удивления. — Полукровка согласился?
— Всё так, — сдержанно кивнула собеседница.
— Очень занимательно. И как же тебе удалось его так быстро переубедить? — подозрительно сощурился мужчина. — Неужели пришлось ради этого прыгать к нему в койку?
— Ваши слова оскорбительны, экселенс, — полыхнули гневным румянцем щеки Вайолы, но тон её всё же остался спокойным, как и прежде. Она ведь всего лишь вдова младшего брата главы. Не по чину ей повышать голос в присутствии лидера семейства.
