— Я заколол их сразу, чтобы не мучились лишнего эти мужики-разбойники. По доброте своей и еще из-за того, что я всегда на стороне добра. А добро оно такое и должно быть — с кулаками большими и мечом длинным, — старательно съезжаю я с еще полностью мне непонятной темы.
— А еще ты же говорил, что братья они тебе, что не хочешь с ними всерьез сражаться? А потом взял и всех убил? Обманул, получается? — это уже Грипзих спрашивает.
Да, мою речь перед поединком слышали все, поэтому придется объясниться перед наемниками:
— А это была военная хитрость. Знаете, что это такое? — спрашиваю я всех.
Народ неуверенно кивает головами, а Фиала даже отвечает, что знакома с таким делом:
— Нам наш учитель говорил поближе к стенам врагов подпускать, чтобы стрелять в упор и не промахиваться вообще. Это, мол, и есть настоящая военная хитрость, как он учил.
Наемники недоуменно смотрят на нее, похоже, что демократия у них тут не настолько развитая, чтобы бабам слово в разговоре воинов давать. Зато я сразу поддерживаю ее:
— Правильно, военная на то она и хитрость, чтобы врагов убивать, а самим выжить. Вы же тоже так хотите, а не наоборот совсем?
И продолжаю объяснение:
— Сказал так затем, чтобы они признали меня за своего и не толпой кинулись, а решили, что Хоб из меня по нашим понятиям душу выбьет. Поэтому и согласились на поединок. Нормальная военная хитрость — это ввести противника в заблуждение, чтобы он не мог свои сильные стороны использовать. Такие, например, что они не кинулись на меня толпой сразу. Это получается, как занять позицию в лесу и конников среди деревьев из луков ссаживать — примерно такая же хитрость, — объясняю я наемникам на понятном им примере.
Народ смотрит на меня с понятным недоверием, а я очень радуюсь, что установленные на инопланетном кресле программы в моей голове позволяют мне сразу обстоятельно и правильно по произношению отвечать.
Однако, мясо прожарилось и уже готово, поэтому мы приступаем к обжорству. Пожарено оно на славу, я про себя прощаюсь с боевым козлом, еще прошу прощения, что ем его плоть и кровь с очень большим удовольствием.
Со стороны похоже, что я таким образом молюсь, теперь вижу, что и наемники, и лучницы ко мне присматриваются сейчас.
Да и сами молятся заметно, делая ритуальные жесты, что-то с головы на грудь правой рукой переводя.
— Сами понимаете, при встрече с Тоболом и Лорасом все так быстро случилось, что пришлось выбирать — или я их, или они — меня. Вышло так, что они оба померли, один от стрелы Кситы, второй от моего копья. И после этого, сами же понимаете, ситуация стала еще безвыходнее. Снова — или я оставшуюся банду порешу, или банда прирежет меня и еще вашу Кситу за долги перед бандой заберет. За своего помощника Хоб бы с вас не слез, погибла бы из вас половина при такой разборке. Так что я просто опередил их и все правильно для всех нас сделал.
— А так сидим, мясо кушаем и добычу делим, все живы и здоровы, никто даже раненый не помирает. Отлично все вышло, с чем я вас всех и поздравляю, — подвожу я итог своего рассказа про свою военную хитрость и выдаю первый тост. — За наш союз!
Наемники и наемницы смотрят на меня немного недоверчиво, но спорить и не думают.
Некоторое время после такой длинной речи я усердно насыщаюсь хорошо приготовленным мясом, заедаю его какими-то овощами и свежим хлебом. Из напитков — только ключевая вода из ближнего родника.
Понюхав хобову бражку, я скривился и без проблем отдал свою порцию в чашке наемникам, чем немало тех порадовал.
Пока я наедаюсь, посматривая по сторонам и обдумывая, как бы половчее предложить наемникам связать свою судьбу со мной. Чтобы они сами про это дело не особо догадывались, что нужны мне именно, как надежные и обученные воевать спутники в новом для меня мире.
Я пока не знаю, для чего именно нужны, только хорошо понимаю, что такой отряд за спиной очень даже поможет мне выжить и выжить хорошо. Нет им смысла пропадать в лесу, когда они могут помочь мне. Такие вот немного корыстные мысли в моей голове вертятся.
Кругом пир горой, крестьяне и бабы жарят, парят и варят кучу мяса, радуясь жизни очень так непосредственно.
Воины ведут себя сдержаннее и солиднее, не первый такой пир в жизни опытных в военном деле мужчин.
Смысла сидеть в лесу я для себя не вижу вообще никакого, только время терять и вшей кормить. Полностью бесперспективное для меня занятие, нужно двигаться вперед, строить себе новую и хорошую жизнь. Раз уж мне реально повезло выжить около холма с каменными стенками и потайным бункером, откопать его тайну и проникнуться мудростью установленной Системы.
Именно в схватке с бандой Хоба я убедился, какое страшное и коварное оружие поселилось у меня в голове.
Всех врагов, конечно, не станешь в полных дебилов превращать, действовать придется мягче и дальновиднее.
