Возможно, именно поэтому они так быстро меняются, становятся сильнее, умнее. Их тела и разумы перестраиваются под влиянием этой энергии, но результат получается чудовищным. То, что у меня проявляется как контролируемые способности, у них превращается в безумие и жажду убийства.
Интересно, что если подумать глубже, то получается: мы все — часть одного и того же процесса. И я, и заражённые, и другие одарённые — все мы изменяемся под воздействием Тираниума. Разница лишь в том, как мы воспринимаем эту энергию и как она влияет на нас.
Если это так, то это объясняло сверхъестественное восприятие заражённых. Возможно, у каждого из них есть свой потенциал. Их поведение различается потому, что, как и люди, они обладают разными умственными способностями, восприятием и физической силой.
«Да, — подумал я, — они ведь произошли от людей, поэтому могут быть такими же непредсказуемыми. Некоторые из них даже способны притворяться обычными людьми».
В памяти всплыл недавний случай с заражённой семьёй, которая пыталась выманить меня из укрытия. Это только подтверждало мои догадки. Каждый заражённый — это загадка, требующая осторожности и внимания.
Нужно было срочно придумать план действий. Оставаться здесь дольше становилось опасно. Но прежде чем покинуть квартиру, следовало тщательно продумать каждый шаг.
Я наблюдал через глазок, как заражённый, получивший разряд, с трудом поднимался на ноги. Его движения были замедленными, мышцы всё ещё содрогались от остаточных судорог. Внезапно я почувствовал, как за дверью появилось ещё одно присутствие — теперь их было шестеро.
я начал процесс подготовки к атаке. Моя рука медленно покрылась сетью электрических разрядов, которые переплетались между собой, создавая причудливый узор. Грозовой феникс, пульсирующий глубоким фиолетовым светом, словно ожил на моей ладони, его призрачные крылья трепетали в такт моему дыханию.
Приложив руку к холодной металлической поверхности двери, я позволил энергии проникнуть сквозь преграду. Металл под пальцами начал нагреваться, а я чувствовал, как электрические потоки находят малейшие трещины и неровности в структуре двери.
Тираническая сила текла по металлу, словно жидкая ртуть, находя слабые места в защите. Я чувствовал, как феникс готовится нанести удар, но в последний момент перехватил контроль. Молния, которая должна была поразить первого заражённого в корпус, метнулась к его лицу, затем перескочила на голову второго и впилась в ухо третьего. Трое упали замертво.
Оставшиеся трое, почувствовав опасность, поспешно отступили. Я позволил себе лёгкую улыбку — мои расчёты оказались верны. Пятнадцатиметровый радиус контроля позволял управлять энергией почти через пять этажей здания.
Спустя ровно пятнадцать секунд грозовой феникс вновь набрал полную силу. Подчиняясь моей воле, он пронзил металл двери с такой легкостью, будто это была тонкая ткань. Молния хищной птицей устремилась к первому оставшемуся заражённому, ударив точно в лицо. Затем, словно играя с добычей, разряд перескочил на головы двух последних противников, уничтожая их одним точным движением.
Система уведомила меня о получении шестисот единиц Тираниума. Не теряя времени, я мгновенно направил четыреста из имеющихся восьмисот единиц в Источник, чувствуя, как энергия начинает перестраиваться внутри меня.
В этот момент боль пронзила моё тело с такой силой, будто в грудь влили расплавленный металл. Невыносимое жжение распространялось по венам, заставляя каждую клеточку тела реагировать на эту агонию. Жар разливался по мышцам, вызывая непроизвольные сокращения, а лёгкие словно наполнились огнём.
Я тяжело опустился на кушетку возле входной двери, пытаясь справиться с накатившей волной боли. Моё тело содрогалось от внутренних преобразований, словно сама сущность претерпевала фундаментальные изменения.
Постепенно боль начала утихать, сменяясь странным ощущением наполненности и силы. Улучшение далось нелегко, но я понимал — каждый прирост силы может стать решающим в следующей схватке. Теперь нужно было дождаться, когда тело окончательно адаптируется к изменениям, и решить, как действовать дальше.
Немного подумав, я решительно направил триста единиц Тираниума в развитие Электрокинеза. В этот момент я отчётливо понимал: именно эта способность может стать тем самым ключом, который превратит меня в настоящую угрозу для заражённых. Возможно, это именно та «имбовая» способность, которая сделает из меня смертоносную машину.
Переход на третий уровень оказался намного болезненнее, чем я ожидал. Казалось, будто кто-то погрузил мою голову в кипяток. Мозг словно плавился изнутри, а сознание начало уплывать в тёмную бездну. Я схватился за голову, чувствуя, как боль разрывает черепную коробку на части.
«Может, не стоило улучшать характеристики одно за другим?» — промелькнула запоздалая мысль. Но отступать было поздно. Моё сознание балансировало на грани обморока, а организм отчаянно сопротивлялся подобным нагрузкам.