Всеобщие взгляды через прорези в масках были намного красноречивее любых слов. Кажется, это предложение после всех моих «предсказаний» по поводу Девятого и Тринадцатого попало прямо в цель.
— Поподробнее, дорогой гость… Поподробнее… — произнёс Первый, складывая две ладони перед собой в форму, напоминающую пирамиду.
Для беседы мы выбрались во внутренний сад. Воистину райское место, позволяющее окунуться в красоту природы, услышать пение птиц и насладиться ароматами цветов, что яркими, разноцветными бутонами встречали гостей.
— Я рад, что мы с вами ведём конструктивный разговор всё это время. Я не собираюсь никого обвинять за ошибки и решения, принятые в прошлом. Вы действовали отчаянно, с верой в сердцах, что делаете всё во благо будущего, пусть по незнанию и приближали вражеское вторжение… — Я поднял глаза к небу и уставился на медленно плывущие облака, то и дело скрывающие солнце.
— Истинная природа вещей всё ещё требует обсуждения. Наш многовековой опыт против твоей истории. У тебя нет доказательств, а твои слова… Это просто теория. Мы слишком мало общаемся и слишком много крови пролили, чтобы доверять им, — произнёс Второй, присаживаясь на скамейку.
— А тут не столь важно, верите вы мне или нет. Вопрос ведь в том, готовы ли вы идти на компромисс со мной после всего, что увидели. — Я поднял руки, не дав Первому и Четвёртому сказать слова. — Начнём с того, что моя теория доказывается очень легко — моей магической клятвой. Я готов без условий и требований дать её прямо здесь и сейчас, перед всеми вами. Подтвердить, что всё то, что вы от меня услышали, — истина в моём представлении. Что я не просто так думаю, а в этом убеждён, как и в том, что без объединения вас всех ждёт смерть, — серьёзно сказал я.
Да, они явно хотели что-то дополнить, но к чему лишние разговоры? Было сказано и так очень много.
— Вы должны были слышать о магических контрактах и клятвах ранее. Давайте заключим эту сделку. Первую и самую важную. Только помните, что нарушившего клятву ждёт выгорание его души и неминуемая, мучительная смерть. Будут ли среди вас добровольцы? Или же для подтверждения моих слов вы найдёте жертву, что специально нарушит договор, и вы убедитесь в истинности моих слов?
Безликие вновь начали переговариваться, и, как я и ожидал, они решили найти жертву, не желая рисковать своими жизнями. Мелочно, но разумно.
Таким человеком стал старик, который множество лет служил членам совета. Он знал, что и так находится одной ногой в могиле. Время было слишком безжалостным и неумолимым… Когда он узнал, что может стать частью ритуала подобного тем, что проводили его предки, и доказать, что магия контракта всё ещё жива, то с радостью согласился.
Мне было неприятно осознавать, что старик отправляется на смерть, но… Я сразу почувствовал мерзкую ауру гибели и запах тлена, стоило молодым стражам помочь старику войти в сад. Я по его одеждам, различным побрякушкам и взгляду сразу понял: передо мной фанатик. Старый, покрывшийся плесенью фанатик.
Его глаза горели праведным огнём, и он хотел сделать последний ход в своей жизни, оказав услугу совету. Взамен его имя будет выбито в камне на Здании Совета, запечатлено на века, прославляя жертву этого одиозного сторонника древних заветов.
Вся жизнь старика держалась на капельницах с зельями здоровья, и мне было противно осознавать, что именно моя попытка доказать совету Раки правдивость моих слов потребует такую жертву…
— Это ваш выбор. И вам с этим жить, — тихо произнёс я.
Впрочем, членов совета это вовсе не волновало. Они привыкли жить с позицией, где каждая человеческая жизнь — это единичка ресурса, инструмент в их руках. И по всем лицам я понимал, что они довольны и счастливы. А самый довольный — безымянный немощный старик, готовый пожертвовать своей жизнью…
Из-за накрывшей меня брезгливости ко всей этой ситуации я не стал создавать пафосных спецэффектов и просто сделал то, что должно. Дал клятву сообщить совету, что всё мною сказанное на этой встрече — истина. Всё, что я советую, — от чистой души. Всё, что обещаю, буду стремиться исполнить всеми силами. Старик же пообещал никогда не называть и никаким другим способом не передавать никому моё истинное имя, что я прошептал ему на ухо.
Магия закрутилась в воздухе между нами, мир принял нашу сделку. Ещё одна печать обещания легла на мою душу. Половина безликих ушла, сопровождая знающего мою тайну старика, другая осталась со мной. Спустя пятнадцать минут они вернулись.
— Он попытался сказать нам его имя, но… Ни зелья, ни лекари, дежурящие рядом, не смогли поддержать его жизнь. Он умер быстро. Попытка нарушить клятву убила его, — произнёс Третий, и все остальные задумчиво переглянулись.
— Если у кого-то есть сомнения, я могу заключить персональные клятвы с каждым из вас. Пусть вечность будет благосклонна к душе павшего, — произнёс я, смотря в небеса. — А теперь, следуя клятве, что дал вашей жертве, я хочу обсудить куда как более важные для вас вещи. Для всех нас…
