В той битве он победил… Но, осознав, что цена победы — жизнь той, кто любил его всей душой, он возненавидел себя.
Измаэль привязался к девушке за долгие годы странствий. Каждый рассвет и закат солнца они встречали вместе. Она готовила ему, заботилась о нём, хоть он и не просил. И когда её не стало, Измаэль ощутил, что потерял часть себя.
Будучи в отчаянии, он сам попытался вернуть её к жизни при помощи магии, целителей — и даже некромантов. Но все лишь разводили руками и говорили глупости, пытаясь поддержать распадающуюся на части душу бога.
Измаэль не смог смириться с её смертью тогда. И сейчас, спустя тысячи лет, не способен простить себя за её гибель.
Я взял в руки амулет и прикрыл глаза. Если в этом мире где-то есть её душа, я найду её. И поможет мне в этом магия времени и техника, которой научила меня Жизнь.
— Взгляд в прошлое…
Я вернулся на тысячи лет назад и попал на поле боя. Я видел всё глазами девушки. И переживал то же, что и она…
Грудь сжимало от божественного давления, в руках был светящийся магией клинок. Измаэль отражал атаку сразу двух, стоя в поле антимагии. Никакие техники, даже магические, не работали.
В небесах сверкнула молния, и девушка закричала, чтобы предупредить Измаэля. Но бог лесов не слышал, оглушённый звоном стали и натиском техник двух убийц.
Свет приближался. Стал виден силуэт. Могучее божество пикировало, желая прикончить любимого.
Девушка не смогла усидеть, как Измаэль приказал. Она выскочила, выставила блок, использовала свою самую сильную и могущественную технику и — стальной клинок пронзил её насквозь.
Её меч был разрушен. Техника — сметена. Доспехи — порваны, словно бумага. Сердце болело. Но не из-за приближающейся смерти, а из-за лица Измаэля, который обернулся на шум.
В безумном приступе ярости бог лесов уничтожил одного и одолел второго, не заботясь о собственной защите. Скрестил клинки с сильнейшим из тройки убийц…
— Я хочу всегда помогать тебе и быть рядом… — прошептала она, но Измаэль так и не услышал её слов… Последнее, что она увидела — это клинок, кромсающий её убийцу. — Всегда рядом…
Темнота и запах сырой земли.
Я открыл глаза и прервал технику.
— Вот ведь…
— Ну? Что там?
Я с удивлением взглянул на меч Измаэля.
— Ты доставал меч из ножен хоть раз после той битвы?
— Для битвы? Нет… — качнул он головой.
— А в земле меч как оказался?
— Выбросил его, когда понял, что он бесполезен…
— Ну… Зря ты так… Могу я взять его ненадолго? — протянул я руку.
Измаэль нахмурился.
— Зачем?
— Проверить одно предположение…
Я окутал меч своей силой, даже не прикасаясь к нему, и попытался пробиться внутрь. С неодухотворённым такое не сработает… Но иногда мне попадались проклятые клинки безумцев, что усиливали их душами своих жертв… И вот с ними уже можно было взаимодействовать. Надо только было пробиться в их вместилище.
— Ох, какая же она женщина!.. — вздохнул я. — Даже не до конца понимаю, как она смогла это сделать!
— Что сделать?
— Умирая, она сумела вселиться в твой клинок и запечатать свою душу, добровольно обрекая себя на вечность взаперти. И всё ради того, чтобы быть рядом с тобой и продолжать оберегать тебя. Ломай!
— Стоп! Что значит внутри? Она там? Всё это время была здесь?
— Да.
— Ты уверен?
— Да какая тебе разница, уверен я или нет? Что ты теряешь? Кусок железа? Если я прав и её душа всё ещё цепляется за этот кусок металла, что пролежал сотни лет под землёй, то лучше бы тебе не тратить время попусту. А если уж мы опоздали или я ошибаюсь, ты не потеряешь ничего.
Он молча взял клинок и с нежностью на него посмотрел.
— А что потом? После того как…
— Если душа на месте и сохранила хотя бы частичку сознания, я превращу её тело в элементаля и соединю их. Она будет жить так до тех пор, пока её духовная сила не закончится. Тело перестанет стареть, но одним лишь небесам известно, сколько она продержится.
— Если её душа вернётся в тело, и ты сумеешь оживить её… Я отдам всю свою божественность для того, чтобы её душа пела и процветала, купаясь в море моей энергии.
Я кивнул. Этому миру, как и всем прочим, иногда нужны чудеса. Прекрасные события, в которые никто бы не поверил.
Металл не выдержал натиска Измаэля. Раскололся, и убежище этой чудесной девушки было разрушено. Душа не смогла оставаться внутри и тут же показалась передо мной. Измаэль её не видел.
— Я здесь, чтобы помочь, — тихо проговорил я. — Хватит грустить в одиночестве. Настало время вернуться к своему мастеру.
Я закрутил вихрь энергии руками и указал на кристаллический гроб.
Энергия просочилась внутрь и, изменив свою структуру, начала вливаться в тело девушки.
— Элемент жизни и смерти, пусть эта пустая оболочка станет хранилищем магии и следует моей воле. Я, заклинатель элементов, повелеваю ему преобразиться и служить мне, — прошептал я, выполняя самую сложную и неприятную для меня работу.
Поднимать тела мертвецов — удел жалких некромантов. Но иногда… этому миру нужны исключения. И я не какой-то некромант! Я сделаю всё куда как лучше и качественнее. Духовная сфера из моих запасов обеспечит стабильность жизни тела и магии.
