Победа! Правильный ответ на вопрос и верно указанное место окончания повествования, как правило, гарантировали ему ещё минимум получасовое удовольствие.
Итачи обернулся к южной стене и устроился на полу, рассматривая мелкие изображения, сложившиеся в цепочку событий. Мальчик достал из рюкзака кисть, чернильницу и небольшой свиток и принялся аккуратно перерисовывать фрески, сопровождая их комментариями.
Завистлив и честолюбив был бог Сусаноо, и величие Аматерасу, её могущество и единоличное владение небом не могли не пробудить чёрной ревности в горячем, податливом сердце. И отправился неистовый Сусаноо на Равнину Высокого Неба, в золотой чертог сестры, и всюду, куда ни ступала его нога, разыгрывалась буря и содрогалась земля. Узнав о приближении Сусаноо, богиня Аматэрасу рассудила, что не с добром пришёл он к ней, тогда сделала себе богиня мужскую причёску, украсила запястья яшмовыми браслетами, водрузила на спину колчан с тысячей стрел, надела на левую руку кожаный щиток, взяла в руки лук и в таком обличии встретила врага.
Но не смогла Аматерасу победить брата, вооружённого острейшим мечом, Косящим Траву – Кусанаги – найденным в хвосте восьмиглавого змея. В упоении от одержанной над сестрой победы предался Сусаноо буйному веселью.
Видя, что бесчинствам брата нет конца, богиня Аматэрасу испугалась и затворилась в Глубоком Гроте. И сразу Равнина Высокого Неба погрузилась во мрак. И на небе, и на земле воцарилась вечная ночь, всё пространство наполнилось гудением злых духов, и наступило время великих бедствий.
И тогда отправились люди к берегу Серебристой Небесной Реки, и стали просить бога луны, младшего брата Аматэрасу, заставить богиню солнца покинуть Глубокий Грот и вернуть миру свет и порядок. Незлобив и смиренен был юный Цукиеми, и не желал он мстить Аматерасу за незаслуженные обиды. Мудро рассудив, что не будет мира без богини-солнца, он спустился с ночного небосвода и отправился к месту добровольного заточения сестры, где преподнёс он ей в подарок своё бронзовое Зеркало Ята, которое могло без изъяна отразить даже слепящую красоту Аматэрасу.
Смягчилась богиня, и вернулась в свой золотой чертог, и снова, как прежде, засиял солнечный свет на Равнине Высокого Неба и на Земле. И попросила она прощения у младшего брата, и позволила ему навещать себя в золотом чертоге, и с тех пор можно видеть по утрам луну и солнце на одном небосводе. Что же до бога Сусаноо, то во искупление вины ему было велено отдать Аматэрасу меч Кусанаги, которым он смог победить великую богиню. И отвела его сестра к Серебристой Небесной Реке, и заставила искупаться в священных водах. Огляделся Сусаноо по сторонам и воскликнул: «Хорошо здесь! Очистилось моё сердце». И зажили трое богов вместе в золотом чертоге, и началась эпоха процветания.
А когда пришло время отправляться богам в Страну Вечного Покоя, оставили они людям три великих дара: бог Сусаноо – свой острейший меч Кусанаги, богиня Аматэрасу – своё ожерелье Ясакани из драгоценной яшмы, бог Цукиёми – своё бронзовое зеркало Ята.
Итачи старался воспроизвести рисунки насколько возможно точно, совершенно забыв о времени и о рисовых лепёшках, которые мама заботливо положила в рюкзак, чтобы он перекусил во время тренировки. Солнце начинало клониться к закату, тени становились длиннее, подсказывая ему, что пора возвращаться домой, иначе придётся как-то объяснять отцу своё опоздание. Недовольно нахмурив брови, мальчик перерисовал последнюю надпись, высеченную старинными кандзи над входом в храм, сложил свиток обратно в рюкзак, измазал в пыли локти, коленки и одежду и слегка поцарапал кунаем пальцы и ладони, создавая впечатление активной тренировки кенджуцу. Оставшись довольным результатом, Итачи поспешил в Коноху, предвкушая, как он расскажет Саске об увиденном сегодня на ночь.
- Похоже, я опоздал с рассказом. Лет на пятнадцать, – чуть улыбнулся Итачи, глядя на спящего брата. – Хотя, он как всегда не дослушал и до середины. Маленький подлец.
- Не думала, что Вы умеете… – Саюри наконец выдохнула и постаралась рассмотреть в полутьме выражение его лица.
- Умею что?
- Говорить, – улыбнулась девушка, поднимаясь с пола. – Вы думаете, что это и есть тот самый меч? Откуда он появился у Орочимару?
- Я долго считал это просто легендой, и до определённого момента думал, что у них нет вещественной формы. – Итачи тщетно пытался выбраться из цепких рук Саске, который от каждого движения своей импровизированной подушки хмурил во сне брови.
Кабуто тоже поднялся, осторожно поднял на руки Амаю, которую Саюри тут же заботливо укутала едва не соскользнувшим пледом и, кивнув с обещанием скоро вернуться, неслышными шагами скрылся в темноте коридора. Хозяйка дома принялась орудовать кочергой, пытаясь реанимировать совсем угасший камин.
- Повторите ещё раз, что там было написано над входом? – Саюри удалось добиться искры от потухших углей, и огонь медленно разгорелся, вновь наполняя комнату тёплым светом.
