- Меч – сильному и отважному, ожерелье – благородному и честному, зеркало – мудрому и терпеливому. – Наконец освободившись, Итачи снова взял в руки Кусанаги, рассматривая рукоять.
- Ну, предположим, что они даются тем, кто обладает этими качествами, – принялась рассуждать Саюри. – Тогда с чего бы вдруг меч оказался у Орочимару? На мой взгляд, Джирайя-сенсей гораздо сильнее и отважнее. – Она обиженно надула губы.
- Не так прямолинейно. Я до сих пор ума не приложу, как… – Он замолк и отвернулся, положив меч обратно на стол.
- Как что?
- Неважно.
- Нет, важно. – Саюри слегка нахмурилась, собираясь спорить, но потом, припомнив что-то, расплылась в хитрой улыбке. – Постойте-ка… У Вас ведь есть зеркало. Зеркало Ята.
- Откуда…? – Итачи уставился на неё с едва скрываемым недоумением.
- Кабуто сказал, когда увидел Ваш Сусаноо, – призналась Саюри. – Он мне долго потом рассказывал про меч Тоцука, а про зеркало сказал, что ничего не знает. Как оно к Вам попало?
- Долгая история, – ушёл от ответа Учиха, отводя глаза.
- А мы куда-то спешим?
Бескомпромиссный взгляд чёрных глаз безоговорочно дал понять, что дальше интересоваться не стоит. Она вздохнула и принялась неспешно собирать чашки с недопитым чаем, чтобы отнести их на кухню. Итачи укрыл спящего брата пледом и встал у камина, сложив руки на груди, неподвижно глядя на лениво разгоравшееся пламя.
- А где, по-Вашему, ожерелье? – уточнила Саюри, компактно разместив на подносе чуть позвякивавшую посуду.
- Здесь, – Итачи вынул из кармана чётки, принесённые некогда Куро вместе с последними словами Конан. – Когда-то оно принадлежало Нагато. Он говорил, что его ему подарил Мадара. Настоящий Мадара. – Он осторожно сжал лежавшие на ладони кожаные ремешки с нанизанными кусочками самоцвета в кулак. – Это наверняка Ясакани.
- То есть, Вы хотите сказать, что у нас в руках сейчас все три вещицы из той легенды? – Глаза Саюри загорелись, и она нетерпеливо прошлась по комнате туда-сюда, совершенно забыв о подносе. Итачи невольно обернулся к ней – она выглядела забавно. Была чем-то похожа на Саске в детстве, когда Итачи обещал ему обучить его новой технике. – И что мы с ними будем делать? Конан же сказала, что это оружие. Вы знаете, как его применить? – сыпала она вопросами.
- Я долго тренировал использование Зеркала Ята в режиме Сусаноо. Это большая нагрузка на глаза. Возможно, поэтому слепота так прогрессировала, – он потёр прикрытые веки, – но теперь, когда у нас обоих Вечный Мангекьо… Я хочу попробовать потренировать с Саске использование Кусанаги. А Ясакани… – Он снова разжал кулак. – Посмотрим, кто из нас с ним справится. Полагаю, что по-настоящему оно принадлежит Сусаноо Мадары. Но, возможно, кто-то из нас… – принялся рассуждать Учиха, вновь отвернувшись к огню.
- Забавно, – сказала вдруг Саюри, опустив голову.
- Что забавного?
- Забавно, что Саске достался меч, а Вам – зеркало, – подумав несколько секунд, закончила девушка, прищурив глаза в ожидании его реакции.
- Сомневаетесь в моей силе? – вскинул бровь Итачи, слегка улыбнувшись и оборачиваясь через плечо.
- Превозношу Вашу терпеливость, – Саюри подошла к нему, устремив взгляд на огонь.
- Я всегда говорил, что нельзя судить о человеке по его внешним проявлениям. – Саюри вскинула голову и заглянула в глаза: в самой глубине бездонной черноты едва заметно промелькнуло что-то незнакомое. Что-то, что заставило её недоверчиво нахмуриться, а может быть, это было просто отражение пламени камина. Итачи же отвернулся и едва слышно произнёс: – Ты предполагаешь, что я очень терпелив, и недооцениваешь меня.
- Хотите мне что-то доказать? – насмешливо отозвалась Саюри, переходя на шёпот и непроизвольно затаив дыхание.
Рискнув его недооценить, она добилась того, чего хотела: внимательный взгляд вонзился в её лицо, не давая сойти с места. Итачи как будто оказался ближе, а может быть, просто всё её внимание было поглощено этим взглядом. Она не сразу сообразила, что тёплые пальцы вплелись в её непослушные волосы на затылке, осторожно, но требовательно побуждая приблизиться. Она уже прикрыла глаза, ощущая волнение на грани лёгкого головокружения, и даже почувствовала тепло его дыхания на своих губах, когда вдруг…
- Я не сплю, не сплю, Итачи, – пробормотал во сне Саске, теплее кутаясь в плед и переворачиваясь на другой бок. – Рассказывай дальше.
Саюри почувствовала, как пальцы Итачи высвободились, а сам он отступил на шаг, и распахнула глаза как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с появившимся на пороге Кабуто.
- Вы уже всё убрали? – Якуши разочарованно посмотрел на сложенные горкой чашки на подносе. – А я заварил ещё чай, – он чуть приподнял зажатый в руке глиняный чайник, демонстрируя плоды своих трудов.
- Уже поздно, пора ложиться, – проговорил Итачи, не поднимая взгляда. – Спокойной ночи.
