Холодные пальцы сложили печати Техники Призыва, и на кухне появился белоснежный песец, к красному ошейнику которого были незамедлительно прикреплены зашифрованные свитки. Слегка потрепав шелковистую шубку, Харука шепнул пару слов ему на ухо, и тот исчез в облачке дыма, оставив хозяина в глубокой задумчивости, вновь теребящим в левой руке губную гармошку и выводящим на листе бумаги пресловутые, до боли въевшиеся в память узоры из облаков.
====== Глава 16. Совокупность ======
Таща за руку сопротивлявшегося Канкуро, Темари осторожно постучала в дубовые двери кабинета Кадзекагэ в надежде найти там младшего брата, как всегда склонившегося над бумагами. Но в кабинете было темно и пусто. На столе лежали аккуратно сложенные в стопку многочисленные отчеты о выполненных миссиях, заверенные личной печатью Пятого Кадзекагэ, а также несколько папок с техническими заданиями и проектными чертежами новых акведуков, на небольшом подносе остывал нетронутый ужин. Канкуро аккуратно осмотрел рабочий стол брата.
- Похоже, он ушел куда-то, – задумчиво проговорил кукольник. – Смотри, и печать запер, – он указал на красивую позолоченную шкатулку, стоявшую справа от документов и запертую на ключ.
- Куда он мог подеваться? Сегодня у него не было назначено никаких встреч и обсуждений. Мне что-то неспокойно, особенно в свете того, что происходит в последнее время, – взволнованно ответила сестра.
- Без паники. Может, погулять пошел, песочек проветрить? Хотя, погоди, тыква-то вот она, здесь, – Канкуро указал на сосуд с песком, стоявший слева от стола. – Пойду спрошу у постовых внизу, не выходил ли он за пределы резиденции.
Темари тем временем решила проверить, нет ли Гаары на крыше, выйдя через балконную дверь и вдохнув прохладный ночной воздух, наполненный терпкими ароматами пряностей. Она понимала, почему Гаара мог сидеть на этом балконе целыми ночами: Суну было видно как на ладони – петляющие узкие улочки, покрытые мягким пустынным ковром, округлые здания, очертания которых слегка расплывались в сверкающем танце мелких песчинок, изредка мелькающие в такой поздний час огоньки окон. Это было ее любимое время года, в мае в пустыне по ночам было так свежо и прохладно, но в то же время сезон песчаных бурь был уже позади, и ветерок лишь аккуратно поднимал в воздух золотистые искорки. Но, видимо, прохлада ночи и красота безлунного звездного неба не привлекли сегодня Гаару так, как привлекали обычно – крыша была пуста.
Вернувшись обратно в кабинет, Темари еще раз оглядела пустое помещение и присела в кресло, поджидая Канкуро. Ей почему-то вспомнились те нелегкие два года, которые им пришлось пережить после смерти отца. Тогда на Совете Старейшин им дали понять, что занимать комнаты в резиденции вскоре будут родственники нового Властителя Суны, а они должны теперь сами прокладывать свою дорогу в жизни. Помощь им оказывать деревня отказалась, потому как Канкуро было уже восемнадцать лет и он имел постоянную работу, Темари восемнадцать должно было исполниться через год с небольшим. «Сиротское пособие» на тогда несовершеннолетнего Гаару звучало как-то даже смешно. Только тогда они поняли, насколько силен был страх деревни перед прежним правителем, и насколько сильна была ненависть к нему Совета Старейшин. Своенравный и вспыльчивый характер их отца, его непримиримость к мнению других людей, постоянные интриги и хитрые планы – все это не могло не оставить отпечаток на их судьбе, особенно в ситуации, когда на их с Канкуро попечении остался Гаара, который еще только начал осознавать себя и пытался понять, как ему жить дальше.
>>>>>
В ее воспоминаниях всплывала маленькая кухня в их однокомнатной квартирке, куда они переехали по ходатайству Канкуро перед общиной кукловодов. Квартира была на последнем этаже и до того крохотная, что в единственной комнате едва помещались три кровати и шкаф, поэтому в комнате они только спали, а «жили» на кухне.
Канкуро тогда в основном выполнял миссии в составе специальных команд кукольников, параллельно занимаясь разработками новых марионеток, к чему у него уже тогда намечался талант. Темари недолюбливала этих мрачных типов с марионетками, ядами и сомнительными исследованиями, с которыми старший брат проводил столько времени, ей казалось, что они на него плохо влияют, но выбора у нее не было: порвав с ними отношения, они могли лишиться крова. Тем более, ни ей, ни Канкуро Совет не определял заданий повышенных рангов, несмотря на то что оба они вскоре стали чуунинами, а затем и джонинами, следовательно, работа в общине кукольников позволяла Канкуро участвовать в коллективных сложных миссиях, получая за это больше денег.
Сама Темари наряду с выполнением миссий была преподавателем и экзаменатором в академии ниндзя, работа была тяжелая и низкооплачиваемая. Все ее инициативы по подготовке молодых шиноби подвергались тщательнейшему исследованию и постоянной критике со стороны Совета Старейшин, однако ей все же удалось кое-что сделать в этом направлении, использовав в качестве примера систему образования, принятую в Конохе.
