Но почему я видела Ареса? Раньше он никогда не являлся мне. Арес предвещает смерть. И почему я должна полностью порывать с прежней жизнью?
– Геланор, лучше поехали с нами! Поплыли с нами в Трою!
– Что ты сказала? – Его лицо выразило то ли удивление, то ли возмущение, то ли ужас.
– То, что ты слышал. Поплыли с нами в Трою! Прошу тебя!
Мне захотелось, чтобы не кто иной, а он сопровождал меня. Именно его я должна взять с собой из прежней жизни в новую. Я скучала по нему гораздо сильнее, чем ожидала.
– Геланор! Ты нужен мне! Ты можешь принести много пользы в Трое. Ты можешь…
Я не знала, что сказать. Знала только одно: он нужен мне.
– Я не хочу ехать в Трою. И тебе не советую. Это роковая ошибка!
– Ошибка или нет, я еду. Решено. Поедем со мной!
– Поезжай с ней, – вдруг сказала старуха голосом, похожим на эхо.
– Кто она такая? – спросила я Геланора и подумала, что не помню ее.
– Это же старая дворцовая пряха.
– Моя госпожа, а я помню тебя еще девочкой. – Старуха ответила на мои мысли, а не на слова. – Ты выросла у меня на глазах.
Я подавила в душе неприязнь к ней, хотя она и выдала меня. Ведь если бы не она, я не встретилась бы с Геланором.
– Я принесла тебе то, что ты непременно должна взять с собой, – сказала старуха и протянула грубый мешок.
– Что это?
– Открой.
В мешке что-то шевельнулось.
Мне было неприятно подчиняться ей, но пришлось – любопытство оказалось сильнее. Я приоткрыла мешок и увидела в нем алтарную змейку.
– О! – вскрикнула я.
– Она послужит тебе в новой жизни, – сказала старуха. – И даст совет, и остережет.
Я и обрадовалась, и огорчилась: я хотела, чтобы змейка в мое отсутствие хранила Гермиону. А теперь Гермиона осталась без ее защиты! Меня охватил страх за дочь, за ее будущее.
Я погладила змеиную голову дрожащими пальцами.
– Не забывай о моей дочери, которая далеко, – попросила я змею и повернулась к старухе. – Скажи Геланору еще раз, чтобы он поехал с нами.
Она покачала головой:
– Я уже сказала. Он слышал.
– Оттого, что мы разделим глупость на двоих, она не станет в два раза меньше, – откликнулся Геланор. – Нет. Я не поеду. Лучше тебе поехать со мной.
– Я не могу, как и ты. Но ты не сказал, как вы разыскали меня.
– Эвадна знала, где вы будете. У нее в голове возникла картина этого острова. Мы понимали, что вы отправитесь морем – у Париса стоял наготове корабль. Эвадна описала мне остров, и я узнал по ее описанию Киферу. Мы, не теряя времени, пустились в путь. Вот и все.
– Понятно.
Мы стояли, упрямо глядя друг на друга.
– Останьтесь с нами, хотя бы переночуйте перед возвращением в Спарту, – предложила я.
– Да, отплывать до наступления утра опасно. Путь и при дневном-то свете непростой.
Геланор словно рассердился, что придется ждать до утра, и отвернулся, будто ему было неприятно смотреть на меня. Мы успели сделать несколько шагов, когда он произнес:
– Может, ты и твой спутник прежде оденетесь, а уж потом пойдете?
Только тут я обратила внимание, что моя грудь обнажена. Я не успела заколоть брошь, когда подошли наши преследователи.
– Вы застали нас врасплох… – сказала я.
– Ну, не совсем, конечно, – весело рассмеялся Парис.
– Хвала Афродите, что нас миновала эта участь! – усмехнулся Геланор.
Парис, плохо знавший Геланора, не заметил сарказма в его голосе, но у меня не было сомнений по этому поводу. Я почувствовала его досаду и негодование. Во-первых, Геланор слишком быстро нашел меня. Во-вторых, слишком много позволял себе. В-третьих, отказался ехать со мной. Это разозлило больше всего.
Мы шли к лагерю, освещая спуск с горы самодельными факелами. По дороге говорили мало, смотрели под ноги, чтобы не упасть. Я взяла старуху за руку, помогая ей спускаться. Рука была хрупкая, как сухая веточка. Парис нес мешок со змеей, покачивая его. Я знала, что змею он любит – она помогла нам. Наша единственная помощница. Я задумалась о последствиях своего побега. Геланор прав: если я вернусь сейчас, удастся избежать многих бед. А что ждет нас в Трое? Обрадуются ли мне троянцы? Конечно, они могут решить, что, сбежав из Спарты, я отомстила грекам за похищение Гесионы, но вряд ли в Трое кому-нибудь есть дело до Гесионы, кроме ее брата.
При нашем приближении троянцы повскакали с мест.
– Кто это? – закричали они. – Тот пират, который сбежал?
Трое человек бросились к Геланору, выхватив мечи.
Геланор рассмеялся:
– Нет, я не так опасен. Я всего лишь ремесленник, служу при спартанском дворе. Вы льстите мне, принимая за пирата.
– Да, он из Спарты, – подтвердила я. – Они с этой женщиной последовали за нами, потому что работают у Менелая.
– Для ремесленника ты неплохо управляешься с морем, – заметил капитан и приказал людям опустить оружие. – От Гитиона до Киферы – непростой переход.
– Я вырос в Гитионе. Мой отец – рыбак.
– Вот оно что. Тогда ясно.
– Удивительно, как в критическую минуту просыпаются навыки, которые человек считал забытыми. Мы причалили к другому берегу. Нас прибило туда течением.
– На обратном пути все будет иначе. Течения станут работать против вас, как и ветер. С ними трудно справиться. Если, конечно, у вас нет большого паруса и отряда гребцов.
