«Так слушай же, Радагаст Простак, как назвал тебя как-то Саруман! – в сердцах вскричал Гэндальф. – Тебе придётся принять на себя всё то рассеянное зло, что ещё осталось в Средиземье. Светлый Совет больше никогда не будет созван, наш Орден прекратил существование, Саруман пал, я ухожу. Твой посох теряет силу! Ты знаешь, кто распорядился так и почему не может быть иначе. Тебе придётся идти к людям и тяжким трудом зарабатывать себе на хлеб. Бесконечность жизни ты сохранишь, и мудрость у тебя останется, а вот силы поубавится, и останется ли что-нибудь, не знаю ни я, ни пославшая нас Светлая королева. Ты не изменишь своего решения?!»
Признаться, мне стало не по себе, но я собрал всю волю и гордо ответил, что остаюсь, что бы ни произошло. И Гэндальф как-то сразу угас, осунулся, сделавшись вдруг невообразимо старым.
«Прощай, Радагаст, – сказал он, медленно идя к двери. – Кто знает, быть может, ты и не столь уж не прав. Оставайся! Я верю, что найду способ свидеться с тобой. Но умоляю тебя, пригляди за хоббитами! Они очень дороги мне, я покидаю их с болью в сердце. Ты обещаешь мне это? Тогда я смогу уйти спокойно».
«Разве я когда-нибудь не выполнял своих обещаний?» – сказал я в ответ.
Гэндальф обнял меня и скрылся за порогом. Потом я узнал, что он покинул Средиземье вместе с Элрондом и Галадриэлью. А затем, – он вздохнул, – всё произошло так, как предсказывал мне Гэндальф. Мой посох сломался. – Радагаст вздрогнул, его лицо искривила гримаса когда-то пережитой нестерпимой боли. – И я стал тем, кем ты меня видишь – Пелагастом, лавочником с патентом короля Соединённого королевства!
Кое-что я, конечно, утратил, но не всё. Выполняя обещание, данное Гэндальфу, я стал подыскивать себе новое местожительство где-нибудь поближе к его любимой Хоббитании, когда на мой небольшой дом на восточном краю Чернолесья обрушились дикие кочевники истерлинги. И тут я понял, что мои силы действительно очень ослабли. Я не мог отстоять своё жилище и едва спасся сам. Теперь вот живу здесь. – Радагаст тяжело вздохнул. – Я давно заметил неладное, но разбойники меня занимали мало – это дело людей. Мне пришлось иметь дело с остатками иного зла, но и тут я мог немногое… Разве что – подать вовремя нужный совет. Поэтому ты так заинтересовал меня. Тебе нужно побольше увидеть, чтобы нам можно было решить, куда направиться дальше. Ты принёс мне очень важные сведения. Храудуном я займусь сам, а с Могильниками пока ничего не сделаешь. Их порождения пока ещё не слишком опасны, однако я обязательно повидаюсь со стариной Бомбадилом – он-то найдёт на них управу. Тот призрак действительно явился в Аннуминас за мечом, унесённым Торином. Передай ему, чтобы он не выбрасывал его – так умертвия копят силу, отдаваемую им поклоняющимися Могильникам людьми.
Я наведу Диза на мысль крепче следить за Полем. А вот Мория… Тут я мало что могу добавить к твоим предположениям. Туда надо идти, и чем скорее, тем лучше. Будь уверен – слушающиеся меня звери и птицы помогут вам, предупредят об опасности, и они же будут приносить мне сведения о вас. А после Мории постарайся увидеться со мной, мы вместе всё обдумаем. Я пошлю к Кэрдану и Трандуилу, но всё будет зависеть от того, что ты сможешь узнать. Вот так! Но ты, я вижу, что-то хочешь спросить?
– Что значат твои слова о Западе, Востоке, Севере и Юге? – облизнув губы, жадно спросил Фолко.
– Это твой путь, – печально усмехнувшись, ответил Радагаст. – Не требуй от меня большего, далеко не всегда предсказывающий может истолковать пришедшие ему в голову слова. И я тоже пока не могу. Но будь уверен: везде, где бы ты ни был, мои помыслы будут с тобой. Ты оказался первым хоббитом после знаменитой четвёрки, рискнувшим ввязаться в дела Большого Мира, и это уже само по себе грозный признак.
Радагаст умолк и опустил голову.
– Расскажи, прошу тебя, расскажи мне что-нибудь о Валарах и о Заморье! – умоляюще выдохнул Фолко.
Радагаст с улыбкой взглянул на него своим единственным глазом.
– Расскажу, когда придёт время, – ответил он. – Не торопись! К этому ты ещё придёшь. Твой путь сейчас лежит на юг. Кстати, не очень нравится мне этот Олмер из Дэйла, – вдруг перебил себя бывший маг. – Есть в нём что-то, пока ещё не определённое, но подозрительное. Ладно, быть может, мы сумеем прояснить и это… А ты пока иди и погоди рассказывать своим друзьям о нашей встрече! Всему своё время. Мы ещё встретимся, Фолко, сын Хэмфаста. А пока прощай…
