Наверное, со стороны это выглядело так, словно я кого-то ищу. Это и ввело в заблуждение одного из продавцов зелий, которые толклись возле чаши высохшего фонтана.
Он боком подошел ко мне и, загадочно глядя в сторону, сказал хриплым шепотом:
— Господин желает любовные зелья?
Я не успел отказаться, а продавец уже распахнул плащ, в который старательно кутался, несмотря на летнюю жару. Изнутри на широких полах плаща было нашито множество разноцветных карманов, и во всех позвякивали склянки с зельями, отчего продавец напоминал ходячий ксилофон. Склянки были заткнуты деревянными пробками, грубо выструганными ножом. Наклейки на склянках были подписаны небрежно, от руки.
— Несколько капель зелья в вино или чай, — подмигнув прошептал продавец, — и любая милашка пойдет с вами куда угодно.
— Не нужно, — отказался я, крутя головой, чтобы не потерять из виду Муромцеву.
— Тогда веселящий отвар? — не отставал продавец. — Грибочки и травки для него сам собирал. Забудетесь на всю ночь, с гарантией!
— Нет, — теряя терпение, сказал я.
Но моя резкость произвела на продавца не то впечатление, на которое я рассчитывал.
— Господин — деловой человек? — понимающе кивнул он.
Запустил пятерню в глубокий карман, достал оттуда флакон, в котором переливалась изумрудная жидкость, и украдкой показал его мне.
— Зелье беспамятства. Достаточно брызнуть в лицо, и жертва ничего не вспомнит. В Дождливом Квартале брал.
Тут продавец оглянулся и исчез, словно растворился в воздухе. Остальных подозрительных личностей, которые облепили чашу фонтана, тоже словно сдуло горячим летним ветром.
Я повернул голову и увидел городового в форме, который целеустремленно пробирался к нам вдоль прилавков. Начищенная пряжка его ремня сверкала на солнце.
Узнав меня, городовой разочарованно кивнул и повернул в другую сторону.
— Есть! — прозвучал в моем сознании торжествующий голос Муромцевой. — Алексей Георгиевич вошел в магазин Сойкина! Мне идти за ним?
— Ни в коем случае, — строго сказал я. — Спасибо за помощь, Екатерина. А теперь немедленно уходите оттуда.
— Надо застукать их вместе, тогда они не отвертятся!
— Не надо, — усмехнулся я. — Поговорю с Сойкиным с глазу на глаз.
— Но вы расскажете мне все, что сумеете узнать?
Голос Муромцевой звучал умоляюще.
— Екатерина, вы хотите помочь Ковшину? — напомнил я.
— Конечно!
— Тогда прошу вас, не мешайте мне делать мою работу. И еще раз благодарю, ваша помощь неоценима.
— Ладно, — смягчилась актриса.
— Уходите отсюда, — напомнил я.
— Уже.
Поверх голов продавцов и покупателей я видел, как мальчишка-разносчик свернул в один из переулков, которые узкими ущельями расходились в стороны от рыночной площади.
На углу площади и одного из переулков и находилась алхимическая лавка купца Сойкина.
Не лавка — большой магазин, занимающий весь первый этаж здания. Респектабельное заведение с широкими витринами, за которыми виднелись крепкие решетки. Наверняка, Сойкин не торгует в магазине сам, а держит продавцов. Но я был уверен, что с особыми покупателями он общается только лично.
А Удашев и был таким особым покупателем.
Я прошел вдоль витрин и заглянул во двор магазина через запертую решеткой арку подворотни. Во дворе стоял небольшой грузовой мобиль. Я видел только часть кабины и переднее колесо. На мой взгляд, такое колесо вполне могло оставить след, который я видел на дороге в заброшенных алхимических мастерских.
Я купил себе кофе в бумажном стаканчике и стал наблюдать за магазином, потягивая напиток крохотными глотками. Кофе сильно горчил — его сварили из зерен низкого сорта — и я поморщился. Но это было лучше, чем ничего, так стоило ли огорчаться?
Ждать пришлось не меньше четверти часа. Наконец, пожилая женщина в лиловом платье неторопливо спустилась по ступенькам. Ее провожал приказчик магазина, любезно поддерживая под руку. Судя по широким плечам, он был не только продавцом, но и охранником.
Приказчик проводил Удашева, бдительно огляделся и вернулся в лавку.
Когда переодетый Удашев отошел подальше, я смял пустой стаканчик из-под кофе и аккуратно опустил в переполненную урну.
Что ж, пора поговорить с купцом Сойкиным.
Когда я вошел в магазин, приказчик мгновенно оценил меня взглядом и растянул губы в любезной улыбке.
— Я могу чем-то помочь вашей милости?
Я чуть наклонил голову, давая понять, что услышал его вопрос. Потом с интересом оглядел зал.
За прилавком тянулись длинные застекленные витрины. В витринах, на стеклянных полках стояли картонные коробочки, в которые были упакованы пузырьки с зельями.
Магазин Сойкина напоминал большую аптеку, только ассортимент зелий здесь был куда шире. Я заметил отдел для поваров и кондитеров, для аптекарей. В отдельной витрине стояли зелья, которыми пользуются в своей работе ремесленники — ювелиры, кожевенники и другие мастера.
Кроме приказчика в магазине была продавщица — молодая девушка с каштановыми волосами. Она скучала за прилавком, и я почувствовал холодок между ней и приказчиком.
Приказчик, наклонив голову, ждал моего ответа. И при этом не спускал с меня глаз.
— Проводите меня к господину Сойкину, — наконец, сказал я.
