Я даже посмотрел на тренера, а потом снова перевел взгляд на сидящего — просто, чтобы сравнить.
Одно лицо, и не отличишь.
— Кто вы? — спросил я.
Человек посмотрел на меня и скривил лицо в страдальческой гримасе.
— Вот и господин Тайновидец пожаловал, — злорадно сказал он. — Доброго дня вам, ваше сиятельство!
Голос его похрипывал, но был похож на голос тренера.
— Сволочь! — вспылил Толубеев. — Он еще издевается!
Сжав кулаки, он шагнул к задержанному.
— Не стоит этого делать, Алексей Дмитриевич, — сказал я.
— Вот именно, — издевательски подтвердил задержанный. — Кое-кто знает, что я здесь. Так что хоть убейте — вам же хуже. Все под суд пойдете. А это еще кто?
Он с подозрением уставился на туннелонца.
— Вы что-нибудь нашли при нем? — тихо спросил я Нагайцева, не сомневаясь, что задержанного обыскали.
— Вот.
Нагайцев протянул мне тонкую пробирку, в которой плескалось незнакомое зелье.
— Это не мое, — увидев зелье, сказал задержанный. — Вы ничего не докажете.
— Конечно, не ваше, — усмехнулся я. — И то зелье, которым вы опоили Мальчика — тоже не ваше. И то, которое вы выпили, чтобы стать похожим на господина Нагайцева. Вы ведь не покупали их у купца Сойкина?
— Не покупал, — нагло заявил задержанный. — Я вообще не понимаю, о каких зельях вы говорите. Если вы немедленно меня не отпустите, я сам заявлю на вас в полицию.
— Разумеется, — согласился я. — Вы купили зелье у его помощника Хвата, который очень вовремя пустился в бега.
— Не знаю никакого Хвата. Я вообще не понимаю, о каких зельях вы говорите. Да, я случайно забрел на частную территорию — просто из любопытства. За это в тюрьму не сажают. А вот вам придется плохо. Вы задержали и избили меня.
Он хорохорился, не понимая всей серьезности своего положения.
— Развяжите его, — сказал я Нагайцеву.
А сам взял второй стул и сел напротив задержанного.
Нагайцев вопросительно взглянул на графа Толубеева. Тот посмотрел на меня и кивнул Нагайцеву.
— Развяжи его, Ефим.
Нагайцев завозился с узлом. Потом взял со стола нож для бумаг и перерезал веревку.
— От чьего же имени вы собираетесь судиться? — с улыбкой спросил я. — Кто вы на самом деле?
— Это вас не касается, — растирая запястья, ответил задержанный.
На его коже виднелись следы от веревок.
— Видите?
Он вытянул руки перед собой.
— Это вам даром не пройдет. Любой целитель определит, что меня связывали.
— Сколько часов вы провели здесь? — спросил я.
— Мы поймали его сразу после полуночи, — ответил Толубеев.
— Больше трех часов, — кивнул я. — И до сих пор не приняли свой настоящий облик. Так я и думал.
— Что вы «так и думали»? — с вызовом спросил задержанный.
— Хват продал вам зелье, от которого нет противоядия, — объяснил я. — Он сказал вам об этом?
Напускная уверенность мгновенно слетела с задержанного. Он забыл про свои запястья и с тревогой уставился на меня.
— Вы врете, — неуверенно сказал он.
— Не имею такой привычки, — улыбнулся я. — Впрочем, если вы не верите мне, то сможете спросить об этом у полиции. Думаю, полицейские уже задержали Хвата.
Я откинулся на спинку стула, и она громко скрипнула.
— Ваша прежняя жизнь закончилась навсегда. Теперь вы подозрительный бродяга без документов, с чужим лицом. Разумеется, мы выясним, кем вы были раньше. Хват не станет молчать. Но вот подтвердить свою личность вы уже не сможете.
Рот лже-Нагайцева испуганно приоткрылся. Он переводил взгляд с меня на графа Толубеева и обратно.
— У вас была работа? — сочувственно спросил я. — Квартира, счет в банке? Друзья, семья? Попрощайтесь со всем этим, пока есть время.
— Дайте мне воды, — хриплым голосом попросил задержанный.
— Дайте ему воды, — кивнул я Нагайцеву.
Тренер налил воду из графина, стоявшего на столе, и протянул задержанному стакан.
Тот сделал несколько судорожных глотков.
— Целители смогут мне помочь, — неуверенно заявил он.
— Развеять магию другого мира? — улыбнулся я.
— А он?
Задержанный кивком указал на туннелонца.
— Может быть, — я пожал плечами. — А с чего вы взяли, что вам вообще кто-то будет помогать? Вы обманом проникли сюда. Опоили моего скакового жеребца неизвестным зельем. А когда решили, что ваша подлость не удалась, то вернулись, чтобы ее повторить. Назовите хоть одну причину, по которой вы можете требовать помощи.
— Вы обязаны! — с вызовом заявил задержанный. — Власти заставят вас!
Вместо ответа я весело рассмеялся. Рядом послышались звуки, похожие на тихий кашель — это смеялся туннелонец.
— Я даже не стану еще раз спрашивать ваше имя, — улыбнулся я. — Просто послушаю, как вы будете твердить его полиции. Вы сами себя наказали, так оно всегда и бывает.
Задержанный нелепо сгорбился на стуле. Похоже, он наконец-то осознал, в какое положение себя загнал.
— А если я во всем признаюсь? — с надеждой спросил он. — Расскажу все? Тогда вы мне поможете?
Судя по его просьбе, серьезных преступлений за ним не было.
— Начинайте, а там посмотрим, — кивнул я.
— Сначала пообещайте, что вернете мне мой настоящий облик!
— Вы не в том положении, чтобы торговаться, — возразил я.
Задержанный окончательно сник.
