Майяиа повесила трубку и задумчиво посмотрела на нее. Она и сама не знала что ей надо сделать. «Что мне здесь делать?» — спрашивала она себя. — «Какие у меня еще дела? Зачем я обманула Эрика? Что-то я совсем запуталась. Надо взять себя в руки и возвращаться домой. А как же Дитер? Я не могу оставить его в килисе. Хорошо, посмотрим как будут разворачиваться дела».
В нерешительности анженка пошла к храму. Она вернулась в костел и заперла двери. Девушка села на скамейку и стала дожидаться приезда группы «зачистки». Рори необходимо было доставить в Тайясаль. Помимо этого, она должна была отдать информацию, украденную ларийкой.
Майяиа достала из кармана клубок и покрутила его в руках. Он все еще хранил остатки ее запекшейся крови. Кто бы мог догадаться, что важная информация по медицине и инженерии замаскирована под обычные нитки. Но это были необычные нитки. Они были сделаны из специально синтезированного материала растительного происхождения, на который информация была записана специальным способом, наподобие штрих-кода.
Девушка улыбнулась в темноту. «Наконец-то, я выполнила задание полностью», — подумала она. — «Только вот Мели я потеряла. Что ж, такова наша работа. На ее месте могла оказаться и я. Теперь мне надо возвращаться домой. Но сначала я должна вывести из килисы этого полицейского. Почему я не хочу возвращаться в Тайясаль? Что в этом Дитере такого особенного? Неужели Рори была права? Нет! Мне не нужен ни один мужчина! С меня хватило и Гуаяко. Вот приеду домой, и все придет в норму».
В дверь громко постучали. Майяиа вздрогнула. Она подошла к двери и прислушалась.
— Кто там? — спросила Майяиа.
— Конь в пальто! — раздалось за дверью по-анженски. — Сама вызывала, а теперь спрашиваешь. Открывай, давай!
Майяиа засмеялась и отодвинула засов. Сейчас она была рада услышать даже анженскую грубость, показавшуюся ей милой. В ней было что-то родное. В костел ввалились четверо дюжих молодцов в униформе сантехников. Парни были угрюмы и суровы. Майяиа засмеялась во весь голос.
— Хорошее у вас прикрытие, ребята, — выдавила из себя девушка.
— Ха-ха, — мрачно огласил один детина. — Где шкура ларийская?
— Там за алтарем, — указала рукой Майяиа.
Парни дружно в ногу прошагали к указанному месту. Они нашли связанную Рори и взвалили ее себе на плечи, как перышко. Ларийка пришла в себя и извивалась как могла. Картина здорово напоминала вынос полуживой мумии из каирского музея.
— Ребята, подождите, — окликнула их Майяиа у выхода, — Передайте это Стивену из Информационного центра.
Майяиа передала им клубок «ниток». Один парень положил его в пластиковый пакет и сунул к себе за пазуху. Процессия вышла не попрощавшись. У сотрудников Царства, занимающихся «зачисткой» инцидентов, не было чувства юмора. По Анжении ходили слухи, что их набирают из арестантов Малютки. Те, кто соглашались на подобную работу, начисто лишались памяти и личности. По телу Майяиа прошел холодок. Она представил себе Варнелиуса, ставшего «чистильщиком» и вздрогнула. Мысль о том, что ее любимый брат мог бы стать таким же бесчувственным куском мяса, роботом, ужаснула ее. Ей хотелось верить, что все эти страшные легенды про них — это сплошное вранье. Майяиа грустно посмотрела вслед «чистильщикам». Они погрузили Рори в машину на воздушной подушке, замаскированную под фургон сантехников, и через мгновение скрылись из виду.
Майяиа осталась одна. В какой-то мере она понимала «чистильщиков». Их подразделение напоминало ей своих «Драконов». «Драконы» были организованы еще на заре строительства Анженского Царства. Их Устав сохранился в неизменном виде и поныне. Сотрудникам присваивались кодовые имена. Они не имели права называть свои настоящие имена, а также им запрещалось распространяться о личной жизни. «Драконы» всегда были безлики. Внутреннее общение сводилось к минимуму, на уровне приказов и отчетов об их исполнении. Личные взаимоотношения не поощрялись. В быту, «Драконы» вели себя как обычные анженцы, но все же не узнавали друг друга при встрече. Спустя годы Майяиа поняла для чего это делалось, а именно, для большей эффективности выполняемой работы. Нет отношений — нет эмоций; нет эмоций — есть хороший результат. Молодая девушка семнадцати лет отроду со странным именем Амма не последовала строгому Уставу и влюбилась в высокого темноволосого и синеглазого наставника. Ничего хорошего из их романа не получилось. Лишь в сердце Звезды осталась глубокая и ноющая рана.
