Ее слова насторожили его. Дитер пристально посмотрел на анженку. Он никогда никому не рассказывал о своих видениях. Ему казалось, что его сочтут сумасшедшим и упрячут в психушку. Все свои находки и идеи, поданные устами призраков, он объяснял игрой воображения. Полицейские не верят в потусторонние силы. Дитер подумал, что Майяиа играет с ним или хочет испугать. Тем не менее в ее словах была доля правды.
— В твоем мозгу есть внутренняя опухоль, — вздохнула девушка. — Это произошло после смерти твоих родителей — ты слишком сильно это переживал. Опухоль давит на незадействованные участки мозга. Это позволяет душам людей проникать в твое астральное тело и говорить с тобой. Они помогают тебе в работе. Но это не может продолжаться всегда. Эта опухоль смертельна для тебя.
— Откуда ты это знаешь? — спросил Дитер и поежился. — Я обследуюсь в больнице каждый год. Никакой опухоли нет.
— Иногда ты не можешь спать по несколько ночей подряд, — завораживающим голосом объясняла Майяиа. — В эти дни у тебя повышается температура. Ты хочешь спать, он не можешь. У тебя повышается наследственная генная информация или попросту сказать НГИ. Если бы этого не происходило, у тебя был бы шанс на спасение. Повышение НГИ провоцирует рост опухоли. Твое тело восстает против тебя. Оно не готово стать другим. Для этого нужны изменения извне.
— Ты не можешь этого знать! — вспылил Брантнер. — Кто тебе сказал об этом? Кто следит за мной?
— Никто не следит, — покачала головой Майяиа. — Но ты сам сделал шаг в мою сторону, в сторону Царства, когда взялся за расследование.
— Царства?! — задохнулся Дитер. Это слово он вспомнил из сна.
— Предначертанное да сбудется. Амэн! — торжественно произнесла Майяиа.
У Дитера все поплыло перед глазами. Именно эту фразу он видел на шторе из сна. Брантнер посмотрел на золотистую штору. Сейчас на ней были по-прежнему написано на непонятном языке. Но он знал, что на ней записана именно эта фраза.
— Майяиа, что написано на этой шторе? — спросил Дитер, стараясь убедиться в своем подозрении.
— То же, что я сказала ранее, — улыбнулась девушка. — Предначертанное да сбудет. Амэн!
— В моем сне я видел ее. Здесь было много людей в черных платьях. Их праздник назывался Шрадха. Они пели. Там была и ты. Ты сказала, что провожаешь память о Мели.
— Все правильно. Килиса говорила с тобой. Она позволила тебе стать одним из нас.
— Объясни мне. Я ничего не понимаю. Кто вы?
— Придет время, и ты сам все поймешь. Мои слова покажутся тебе сказкой. Все, что должно произойти, произойдет. Ты станешь частью Царства.
— А если я не хочу?
— Ты умрешь. А я вернусь в Царство. Но у тебя есть выбор. Ты можешь пойти со мной. И тогда ты будешь жить.
Слова Майяиа до неприятного ощущения в желудке раздражали его. Дитеру всегда был неприятен выбор, особенно, если его заставляли сделать. Он был упрям. Непримиримость достигла апогея. Невероятный страх и слепое бешенство охватило Брантнера. На душе громко завывали и царапались дикие кошки. Он не хотел ей верить. Дитер всегда сам решал что ему делать и как делать. А Майяиа утверждала, что все уже решено за него. Ее уверенность в его скорой смерти подтолкнула Дитера к решительным действиям. Что-то заставило Брантнера проверить ее веру.
— Так ты веришь, что все предначертано? — спросил Дитер.
— Верю, — смело ответила Майяиа.
— Сейчас проверим. Хочешь? Ты арестована за убийство тридцати двух человек. А сейчас ты поедешь со мной в полицейский участок, и я посажу тебя под замок. Вот тогда я посмотрю, начнется ли сбывать твое пророчество.
Глаза Майяиа расширились не то от ужаса, не то от удивления. Какая-то нерешительность овладела ею. Невидимый кинжал снова опустился острым лезвием в ее сердце. Это повторилось. Перед глазами стоял Гуаяко и ее дети. Как ни старалась, Майяиа не могла прогнать это видение. Она послушно разрешила надеть на себя наручники и пошла вслед за Дитером. В ее ушах звенели шаркающие шаги, похожие на звук песка под ногами, как тогда на Мадри. Она открыла рот, но звук не шел из горла. Почему-то Майяиа вспомнила Шийярру и его заведомо обреченную на смерть миссию.
Весь сорок второй участок на мгновение замер, видя входящих в дверь Брантнера и Майяиа. Дитер был хмур и чем-то озабочен. В его глазах горел нездоровый огонек. Он вел анженку под руку, закованную в наручники. Майяиа выглядела очень несчастной. У нее был отсутствующий взгляд. Она еле переставляла ноги. Каждый шаг давался ей с огромный трудом. Казалось, девушка почти не дышала. Она смотрела вперед невидящими глазами. Одинокая предательская слеза поползла по ее впалой щеке.
Навстречу Дитеру выбежал Риз. Он был очень неприятно удивлен. На его лице отобразилось раздражение. Было непонятно на кого он так зол: на напарника или на преступницу в оковах. И Дитер, и Майяиа вдруг одновременно подняли на него глаза, испытывающе наблюдая за ним. Эндрю попытался совладать с собой и собрал в кулак свою ярость. Он сглотнул и в немом укоре покачал головой. Затем Риз развернулся и семимильными шагами пошел обратно в свой кабинет, оставив их стоящих на пороге.
