Элизабетта полностью

Ошеломленный Дитер повесил трубку. У него разболелась голова. Мысли бегали по кругу и ни одна не годилась для реализации. Ему было очень жаль добряка Тейлора. «Умер четыре дня назад», — стучало в его мозгу. — «Тогда кто подписал за него этот документ еще вчера?! Мертвые не умеют писать! Подпись подделали! Майерс! Все обман. Никому нельзя верить. А разгадку знает только Майяиа. Вот только она не хочет со мной говорить. Упрямая! Неужели она ничего не понимает?

Конечно, я сорвался, когда она заговорила о моей болезни. Да еще ее уверения насчет судьбы! Мне совсем не нравится, когда мной решают так манипулировать. Она сама говорила, что послушна происходящему. Так чего теперь на меня дуется?»

Ему казалось, что весь мир настроен против того, чтобы он расследовал это запутанное дело. Майяиа отказывалась говорить о том, что же произошло на самом деле. Вся разгадка сводилась к Царству. Острая боль пронзила голову Дитера. Это заставило его вспомнить о предсказании Майяиа. Он терялся в догадках. Если опухоль существует, то и смерть не за горами. Дитер еще раз подумал о предложении Майяиа и в который раз отверг эту затею. Отложить дело означило предать свои принципы. А он никогда этого не делал, как бы ни велико было искушение. «Пусть я когда-нибудь умру, но это все равно рано или поздно случится», — честно признался себе Дитер. — «Я доведу дело до конца, чего бы это мне не стоило. Зато не предам себя».

Дитер решил проверить слова арестантки. Он порылся в записной книжке и набрал номер врача полиции.

— Приемная доктора Дина, — проворковала секретарша. — Чем могу Вам быть полезна?

— Добрый день, — сказал Дитер. — Это лейтенант Брантнер. Я могу поговорить с господином Дином?

— Соединяю, — ответила секретарша и переключила на личный номер Дина.

— Доктор Дин, это Брантнер, — представился полицейский.

— Здравствуйте, лейтенант, — отозвался доктор. — Что-то случилось?

— Нет, ничего. Я просто хотел к Вам зайти на прием. Вы можете провести внеочередной медицинский осмотр?

— Вас что-то беспокоит? Вы больны?

— Вот это я и хотел бы узнать.

— Заходите завтра после девяти утра. Вас это устроит, лейтенант?

— Да, спасибо. До свидания, доктор Дин.

— До свидания, лейтенант Брантнер.

Дорогой Варнелиус!

Я снова в оковах. Он не поверил мне. Он арестовал меня и привел к полицейским. Он не послушал меня. Меня снова предали. Если бы я лучше слушала голос своего разума, этого бы не произошло. Я столько раз обещала себе не доверять людям, но все же сделала это. Братец, я такая глупая!

Наблюдатель очень сердится на меня. Так и вижу, как он сверлит меня своим холодным взглядом. Я думаю, он придет прочитать мне лекцию о хорошем поведении анженки во враждебном мире. Я должна была уйти, но не смогла. Мое подлое сердце снова меня подвело. Когда же я научусь исполнять свои обещания?

Мне больно и горько. Как я могла ошибиться? Как только мне представиться шанс сбежать, я сделаю это. Хватит! Я поеду домой и забуду весь этот кошмар. Я больше не обернусь назад.

А он умрет. Ему недолго осталось. Я не буду по нему плакать. А может быть, буду? Кто меня поймет, если я сама не могу себя понять? Жуткое ощущение: будто бы на мою грудь поставили груз килограммов с пятьдесят. Мне постоянно не хватает воздуху.

Навсегда твоя любящая сестра,

Амма.

В вентиляционной трубе было холодно и жутко дуло несмотря на поломку. На каждом повороте были встроены жесткие лопасти на моторчиках, которые перегоняли воздух по всей станции. Металл обжигал холодом.