Кэти прикусила губу и задумалась. Ему не стоило рассказывать о Кае. Она снова вспомнила его в черном одеянии и вздрогнула. Пусть прошло много лет, но Джек ревновал ее к бывшим мужьям, как к живым, так и к мертвым. «Нет, о Кае я не скажу ни слова», — подумала она. — «Это не будет ложью, я всего лишь малость утаю».
— Мне снилось восстание на «Перемирии». Всюду выстрелы, запах. Этот ужасный запах. Тогда я не знала, откуда он. Это пахло горелой плотью и обшивкой корабля. Люди, много людей. Все бегут. Много шума. Крики.
Меня спасла Лоли — моя хранительница. Какой бы она не была, Лоли заботилась обо мне. Пусть потом она дурно на меня повлияла. Но именно ей я благодарна за то, что она научила меня не бояться тел, крови. Лоли сделала из меня правительницу. Я была мягкой и послушной как глина. Она вылепила из меня сильную и целеустремленную личность.
Я видела Ариса. Он спасал барокамеру. В ней, наверное, была Ева. Я рада, что не смогла ему помешать. Знаешь, Джек, все в этой жизни для чего нужно.
— Мне жаль, что я не могу исправить твои кошмары. Подсознание играет с тобой в игры. Ты не должна поддаваться.
— Не надо ничего исправлять. Это мое прошлое. Я ценю его. У каждого из нас есть свои «скелеты в шкафу». Взять хотя тебя.
— Меня?
— Тебе тоже пришлось пережить много чего жуткого. Тебе тоже было больно. Я не представляю, как маленький мальчик может перенести все ужасы военной школы-интерната.
— Я стараюсь не думать об этом. Я предпочитаю все забыть. Так легче жить.
— Я с тобой не согласна. Наше прошлое дает нам ключ к жизни настоящей и будущей. Нам надо жить в мире и согласии.
— Это не легко…
— Это верно, но уговорить себя все же можно.
— Я не собираюсь с тобой спорить. Кроме того, ты почти всегда права. Оставим философские беседы до утра. Постарайся заснуть. С утра у тебя и у меня много дел.
— Джек, я ценю твою заботу, но сейчас мне не уснуть. А ты спи.
— Что же ты будешь делать?
— Не знаю. Может быть, позвоню Доропи.
— В Герцогской Долине сейчас полночь. Она рано ложиться спать. Не стоит тревожить спящую Волшебницу.
— Она моя подруга.
— Вот и позаботься о ней. Пусть она поспит. Ваш разговор может подождать до утра.
— Тогда позвоню Поли. В Харбункуле сейчас девять часов вечера.
— И что ты ей скажешь? Вроде бы вы с ней не слишком-то дружны.
— Не знаю. Я просто хочу увидеть лицо из моего прошлого. Пусть это будет моя сестра. Так я увижу и прошлую себя.
Джек демонстративно повернулся на другой бок и свернулся клубком. Спорить с ней было также бесполезно, как биться головой об стенку. Он достаточно хорошо знал свою жену. За всю свою долгую военную карьеру Джек научился молчать, когда надо и действовать по обстановке. С Кэтин всегда было трудно. Зато скучать не приходилось никогда. «Пусть лучше похандрит минутку, чем вспылит на час», — здраво рассудил он. — «И это тоже пройдет». Мудрости Джеку было не занимать.
Кэтин встала с кровати и подошла к открытому окну. Она втянула ноздрями влажный ночной воздух города. Это был запах океана и цветов. Где-то вдалеке мирно плескались волны. В Тайясале было лето. В июле погода была замечательной. Этот месяц подарил мягкий бриз и температуру, не превышающую +30 градусов по Цельсию. Кэти плавала в океане по несколько раз в день. Как только выдавалась свободная минутка, она спешила к воде. Иногда она опускалась на дно. Там внизу, под городом стояли мемориальные плиты анженцев, покинувших мир живых. Память была для нее дорогим существом.
Несмотря на 4 часа утра, за окном кипела жизнь. Город походил на именинный пирог, украшенный миллионами свечей. Кэти улыбнулась. «Как же я люблю свое Царство!» — подумала она. — «Сколько же прошло лет… Мама, ты была права. Прости, что не понимала тебя. Ты знала мою судьбу и сделала все, чтобы я получила свое счастье. Я благодарна тебе. Жаль, что я плохо помню тебя. Ах, если бы ты видела мое Царство! Ты бы гордилась мной. Ты всегда любила своих детей. Ты жертвовала всем ради нас. Твои дети были такими глупыми! Прости, что мы не оценили твой труд. Я надеюсь, что ты нашла свое счастье. Я люблю тебя».
Кэти подняла голову и посмотрела на ночное небо. Мириады звезд нависали над Тайясалем колпаком. Паучки-кометы ловко перебирались по звездной паутине. Звезды переливались и блестели, словно, драгоценные камни. «Ты, наверняка стала такой же звездой; красивой, величественной, сверкающей», — подумала Кэтин. — «Ты заняла достойное место. Мама, где же твоя звезда?»
