– Патроны говоришь? Ты ходишь в душ с патронами? Интересно…
Что дальше говорил Смеляков, Рябов не слышал. Его охватило какое-то непонятное чувство. Казалось, еще немного и он снова потеряет сознание или еще случится что-то необычное и непонятное.
– Рябов, в душевой установлены камеры видеонаблюдения. Мы все знаем. Ты только не волнуйся. Не паникуй. Ольга Антоновна постарается тебе помочь. Она хороший врач. Выходи. Только не дури. Ладно?
Волнение и испуг не давали Рябову говорить. Он начал заикаться.
– Не-не-не могу, – выдавил он из себя, – Из меня растут кости. Не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Мужики, сделайте что-нибудь. Иначе я застрелюсь! – воскликнул он.
– Рябов, без паники. Ты боец или баба плаксивая? – раздался голос полковника Егорова.
– Вы здесь товарищ полковник? – в голосе Рябова зазвучала надежда на спасение.
– Здесь, здесь. Успокойся. Я своих бойцов в беде не бросаю. Ты меня понял?
– Понял, товарищ полковник. Только если можно сделайте что-нибудь.
– Тебе больно? – спросил полковник Егоров.
– Нет. Кости со всех сторон растут, не дают возможности пошевелиться, – ответил Рябов, стараясь держать себя в руках. Получалось это у него плохо.
– Ясно. Жди, – приказал полковник Егоров.
В коридоре началось экстренное совещание.
– Что будем делать? – спросил полковник Егоров, переводя взгляд с майора Клочкова на Берестееву.
– Взорвать стену и вытащить его оттуда, – сказал майор Клочков.
Полковник Егоров покачал головой.
– На корабле мы не можем ничего взрывать.
– Тогда можем вырезать в стене дыру и вытащить Рябова, – сказал Клочков.
На этот раз ему возразила Берестеева.
– Бессмысленно. Он не влезет ни в одно помещение. Чтобы довести или донести его до медотсека придется на пути все перегородки срезать.
– Тогда пусть остается здесь, – ответил майор Клочков, – Выставим у двери охрану. Будем наблюдать. А что мы можем? – он развел руками, – Предлагайте. Я не знаю, что делать.
Берестеева смотрела на полковника Егорова.
– Причина. Меня интересует причина. Что если бойцы принесли со спутников Марса вирус, и мы все станем такими как Рябов?
По спине Берестеевой пробежал холодок. Она вдруг вспомнила своего сына Града. Может, он ее об этом предупреждал?
Наверное, что-то в ее лице изменилось, потому что полковник Егоров спросил:
– Кстати, как вы себя чувствуете, Ольга Антоновна? Может, вам вернуться к себе? Мы тут сами управимся.
Берестеева отрицательно покачала головой.
– Я в норме. Просто представила себе картину, которую вы нарисовали. Это ужасно.
– Согласен, – кивнул полковник Егоров, – Главное, чтобы среди бойцов не началась паника, – он посмотрел на Смелякова, – Как все произошло? – спросил он.
Смеляков пожал плечами.
– Не знаю. Товарищ полковник. Сидели, играли в карты. Говорили о всяком. Тут смотрю у Рябова, что-то торчит сбоку. Думал нож. Спросил, зачем ему нож. Он вдруг побледнел и выбежал из каюты. Вот и все.
Полковник Егоров нахмурился.
– Ты кому-нибудь говорил об этом?
– Нет. Только вам, – ответил Смеляков.
– Вызови ко мне сержанта Коржа и двух надежных бойцов.
– Сейчас сделаю, товарищ полковник, – Смеляков бросился выполнять приказ полковника.
– Будем ждать, – сказал полковник Егоров, посмотрев на часы, – Может все и обойдется.
В этот момент раздался удивленный и изумленный одновременно голос Рябова.
– Товарищ полковник, кости исчезли! Я могу выйти!
Полковник Егоров бросил на дверь каюты встревоженный взгляд, сделал знак майору Клочкову и бойцу Смелякову. Два излучателя сразу направились на дверь душевой, в которой находился Рябов.
– Подожди, Рябов. Не торопись. Ты себя хорошо чувствуешь? – спросил он.
– Вроде да. Кости втянулись обратно. Даже следа не осталось, – проговорил Рябов, не веря своим глазам, – Может, мне и вам все это померещилось?
– Нам может, и померещилось. Но видеокамере вряд ли, – ответил полковник Егоров.
– Понял, – ответил Рябов, не переставая радоваться неожиданному спасению. Он готов был петь и кричать от радости и облегчения. Ему было все равно, что там зафиксировала видеокамера. Он снова был прежним и чувствовал себя отлично.
В коридоре появился Сержант Корж вместе с двумя бойцами. Все были вооружены.
Увидев их, полковник Егоров кивнул.
– В курсе? – тихо спросил он сержанта Коржа.
Сержант в ответ кивнул.
– Отлично. Всем приготовиться, – он посмотрел на дверь каюты, отступил назад, – Рябов. Выходи.
Дверь открылась. На пороге появился улыбающийся Рябов. Увидев направленное на него оружие, он едва не расплакался.
– Мужики, вы чего? Это же я, Рябов? – с обидой в голосе проговорил он, делая шаг вперед.
Все предусмотрительно отступили назад, словно перед ними был прокаженный.
На глазах Рябова выступили слезы.
– Смеляков, братан, мы же с тобой воевали вместе. Забыл? Корж, а ты? – голос Рябова сорвался.
Ему никто не ответил. Все понимали, ситуация очень серьезная. Если на корабль проник неизвестный вирус, то всей экспедиции угрожает смертельная опасность.
Вперед выступила Берестеева.
– Рябов, Володя, тебе нужно в изолятор. Нужно пройти обследование. Ты меня понимаешь? – мягким голосом спросила она.
