Обри Трейс из Гибралтара, страдающий псориазом, заявляет, что его кожное заболевание растаяло как сон, когда он молился вместе с Эллой. В Торонто Нина Сеттон, парализованная инсультом четырьмя годами ранее, снова начинает чувствовать левую сторону тела. В Ридинге, в Королевском госпитале Беркшира, девятилетняя Шарма Шабнам собственными глазами видит, как с ее тела исчезают ожоги первой степени, когда ее родители молятся у ее кровати.
К 28 января интервью Мэйсфилд транслируется в пятидесяти восьми странах. Во многих из них — повторно. Рентгеновские снимки Фрэнка фигурируют в более чем 1000 публикаций, и детская больница получает в виде процентов более миллиона фунтов за использование авторских прав.
29 января Гунтарсон заявляет, что жизнь в крошечном семейном доме становится для Эллы невыносимой. Охранники блокируют все двери и окна, и постоянно вступают в стычки с людьми для предотвращения незаконных проникновений. От кирпичной кладки стен день и ночь откалывают кусочки на сувениры. Элла замазала черной краской окна своей спальни, и боится спускаться вниз по лестнице. Полицейские блокпосты перекрывают дороги вокруг Нельсон-роуд, от рева полицейских мотоциклов дрожит воздух, а полицейские лошади загрязняют улицы. Ни один матч по дерби между бристольскими командами «Сити» и «Роверс» не требовал столь экстраординарных охранных мероприятий, как этот бесконечный поток паломничества к порогу четырнадцатилетней девочки.
Повсюду разъезжают машины «скорой помощи», подвозящие безнадежно больных на расстояние нескольких сотен футов от Нельсон-роуд. Все отели и пансионы на тридцать миль в округе ломятся от постояльцев. Бристольскому аэропорту пришлось удвоить количество своих служащих, чтобы справиться с резко возросшим количеством рейсов.
Изображениями Эллы — схематичная фигурка с длинными волосами, и ангельскими крыльями — разрисованы тротуарные плиты и стены по всему городу. Повсюду нацарапаны цветными мелками, или нанесены краской из баллончиков лозунги:
Гунтарсон призывает откликнуться благотворителя, способного предоставить Элле по-настоящему безопасное убежище. Получены семь тысяч откликов со всех концов мира.
В Окленде Киану Фрейлинг, тринадцатилетний пациент с расщеплением позвоночника, заявляет, что после молитвы с Эллой родился заново. Его новое имя — Фрэнк Элла Мир, и его позвоночник совершенно цел.
К 30 января интернет-сайт, запрограммированный на регистрацию сообщений об исцелениях в отчетах СМИ и посланиях электронной почты, насчитывает 156 000 случаев. Этот сайт регистрирует семь миллионов обращений в день — больше, чем сайт, посвященный высадке на Марсе, и даже больше, чем сайт «Плейбоя». Отдел сортировки почтового отделения на Кент-стрит в Бедминстере, неспособный справиться с доставкой почты в дом 66 по Нельсон-роуд, завален 193 мешками с корреспонденцией. Эта гора писем от поклонников, благодарственных посланий, пожертвований и просьб о помощи, каждые два дня удваивается в размере.
1 февраля Гунтарсон увозит Эллу в полуразвалившийся дом в Лей Вудс, уединенном пригороде, расположенном на противоположной от Бристоля стороне ущелья Эйвона. Это здание постоянно арендует некий бизнесмен, у которого также есть замок в Шотландии, дом в Париже и футбольная команда; ему и его семейству будет позволено время от времени встречаться с Эллой, когда она достаточно для этого окрепнет.
Дом — хотя об этом не помнит никто, кроме Джульетты, — находится менее чем в ста ярдах от места, где был тайно захоронен сын Сильвии.
Гунтарсон основывает Фонд Эллы. Наша цель — защищать и помогать, гласит пресс-релиз. «Защищать любого, кто молится вместе с Эллой, от жуликов и негодяев, от спекулянтов и лжепророков. Мы помогаем людям использовать целительную силу, и излечивать их болезни».
Сотрудникам охраны — их там больше, чем в какой бы то ни было шикарной вилле — отдан приказ выявлять наиболее настойчивых паломников, и фотографировать их. Это не относится к представителям прессы — только к преданным почитателям и фанатам. Гунтарсон изучает около двадцати фотографий, и распоряжается привести к нему семерых: четырех девушек и троих мальчиков-подростков. Им предложена работа в доме: уборка, приготовление пищи и сортировка почты. Все соглашаются и подписывают контракт о неразглашении, запрещающий им сообщать кому бы то ни было любые подробности о деятельности Фонда в течение 101 года.
В течение недели, в то время как целое состояние из пожертвований томится в нераспакованных мешках с почтой, проводится дополнительный набор еще четверых рекрутов, обязанностью которых будет вскрывать письма.
По периметру ограды бесчисленные передвижные телестанции стоят наготове в ожидании новостей. Их передатчики постоянно настроены на спутники, которые в состоянии передавать изображения дома в любой уголок земного шара. Многие из журналистов — ветераны периода наблюдения за О. Дж. Симпсоном[45] и суда над ним — согласны в том, что по сравнению с феноменом Эллы любое событие кажется незначительным.
