Хотара исцелили через сутки после меня, когда мое состояние более или менее стабилизировалось, и я уже самостоятельно пошла на поправку. Волчонок, как потом рассказал мне Элгар, пережил обряд гораздо болезненней, чем я. Но мужественно пережил испытание и просто не хотел меня расстраивать и тревожить. Ведь он… настоящий и сильный мужчина. Теперь уже совсем настоящий и взрослый… Человек.
Ближе к вечеру я решила попробовать подняться с постели и наконец-то сделала свои первые, уверенные шаги в новой жизни. Однако это означало, что совсем скоро мне придется покинуть эти края. Размышляя об этом, я подошла к окну, с тоской оглядывая розово-лиловое небо, горы на востоке, их зеленые, бархатные склоны, императорский парк… Я прилипла к стеклу, различая внизу знакомую парочку. Взявшись за руки, Элгар и Эллаирис неспешно брели по парковой аллее, непринужденно болтая о чем-то. Принц и принцесса сказочного королевства за светской беседой. «Пора, Уна… Теперь тебе действительно… пора…» — сглотнув горечь, я смахнула слезы рукавами ночной пижамы, отыскала аккуратно сложенные, выстиранные вещи в комоде и принялась одеваться.
Наведалась в уборную, умылась… и обнаружила на виске свою первую в жизни седую прядь. Грустно улыбнувшись своему отражению в зеркале, я побрела по дворцу, на ходу вспоминая дорогу. Комната Элгара была сейчас пуста, и я не решилась входить без спроса. Дождалась в коридоре, у дверей его королевской спальни, рассматривая картины на стенах и затейливый рисунок немного выцветшей ковровой дорожки.
— Уна?.. А ты… чего здесь? — удивленно приветствовал меня Эл, очутившись в коридоре вновь со стороны восточного крыла, чем навеял на меня еще большую тоску от неприятных воспоминаний.
— Жду тебя. А что… я опять не вовремя? — негромко отозвалась я, нервно растирая плечи, — На самом деле, я ненадолго. Просто хотела…
— Да нет, почему не заходишь, я имел в виду, — поправился Элгар, перебивая меня, и пропустил вперед, распахивая дверь своей комнаты.
— Ты был… занят, и я подумала, что лучше будет дождаться тебя здесь, — ровно отвечала я в свое оправдание.
— Видела нас в окно?.. — с лисьим прищуром разоблачил меня Эл, расслышав в голосе ревностно-трагичные нотки.
Я коротко кивнула, медленно опускаясь на уже знакомую софу, и вновь в том же суицидальном настроении.
— Я провожал Эллис, — сообщил принц, зачем-то запирая двери, и обернулся с весьма довольной и хитрой миной.
— Провожал?.. — растерянно вскинулась я.
— Да. Ее высочество только что покинули Зорданию, — нарочито пафосно объявил он, — Ей… нужно время, чтобы привести в порядок мысли и… смириться с новой информацией о себе… и о нас…
— Да уж… — вздохнула я почти с сочувствием, — Непросто, наверное, принять свою новую судьбу. Это ваше «Предназначение»… Даже не представляю, каково это… знать, что в твоих руках… такая сила.
— Это верно… — отстраненно вздохнул Элгар, оглядывая меня, — Вижу ты… переоделась. Куда-то собралась? Или просто… хотела погулять? — до неприличия спокойно и даже весело осведомился он, — Погода сегодня просто чуд…
— Да, собралась, — кивнула я, не поднимая глаз, — Домой.
Принц перестал улыбаться и, кажется, даже дышать. Потом я услышала, как он сглотнул ком в горле и шагнул ко мне. Поднял за плечи, заглянул в глаза… «Сколько можно мучить меня, Элгар?.. Отпусти… Мне и так больно. Ты… даже не представляешь, какую боль причиняешь мне этим взглядом…» Серые глаза озарились печальной улыбкой. Ладони скользнули с плеч, обхватили мое лицо, и я не выдержала, бросилась к нему на шею, сама в отчаянном порыве впиваясь жадным поцелуем в его мягкие губы. Жертвенно, самозабвенно и отрешенно… позабыв об Эллис и данном ей обещании, отбросив к черту ревность и чувство собственного достоинства. «Минута! Дайте мне ее, а дальше пусть летит к чертям вся моя жизнь! Она — пустое. Только этот миг, и вкус, и запах… Эл-гар…» Принц подхватил меня на руки и… бережно опустил на свою огромную, мягкую кровать, принимая мою безмолвную молитву, лишь властно отметая временные рамки нашего безумия. Подчинившись воле его монаршего величества, я лишь лениво приоткрыла глаза, различая полог тяжелых бардовых гардин над нами. Стягивая с сильной, широкой спины оборотня влажную от пота рубашку, я ощущала на загривке его горячее, неровное дыхание. Элгар так неистово целовал мою шею и плечи, словно был голоден и едва сдерживался, чтобы меня не сожрать. Но его звериные повадки были мне уже хорошо знакомы, и потому вовсе не пугали. Скорее лишь возбуждали еще больше.
