Наблюдая за тем, как мужчины собирают большой охотничий костер, я еле сдерживала зевок. Вампиры готовились ко сну, расстилая хвойные ветки вокруг будущего огня. Когда все они улеглись по дневушкам, я уже с остервенением растирала уставшие глаза. Влажная древесина задымила, и смотреть по сторонам стало невозможно и просто невыносимо. Чем светлее становилось в лесу, тем хуже было мне, словно и я стала вампиром. Но на деле — всего лишь усталость, после ночи непрерывного пути, после почти двенадцати часов в седле! И выпендриваться уже не хотелось. Если бы хоть кто-то, хоть одна скотина спросила бы меня сейчас, не устала ли я?.. я бы наверное разрыдалась и выдала бы всю себя с потрохами. И как у меня все болит, и как мне хочется пить, и как мне до смерти необходимо согреться и поспать… иначе я упаду с того бревна, на котором сижу, и усну прямо на снегу. Впрочем, пока снег вокруг меня был чист и не затоптан, я зачерпнула горсть в ладонь и утолила хотя бы жажду. Так и сидела, грустно похрустывая, растапливая лед немеющим языком, когда на поляне появились ОНИ. Десяток обычных волков в природном обличии медленно прошествовал гуськом мимо меня, не обращая никакого внимания на глупое создание, одуревшее от усталости и жующее снег. Средних размеров псы, разных мастей, от темно-бурых до светло-серых, почти белых. От неожиданности, я проглотила лед, не дожидаясь, пока растает. Горло ожгло, зато прояснилась голова. Завершал сию «делегацию» черный волк. Настолько черный, что отблески огня на нем играли синеватыми переливами. Все прошли мимо, а этот остановился возле меня, заглянул в глаза… и мой тремор как рукой сняло. Я облегченно выдохнула, а Брин улегся недалеко от моих ног. Остальные волки последовали примеру вожака и расположились на отдых у огня, меж дневушек с вампирами. «Экая воронка из хищников. И я в ней…» — сил анализировать и пугаться уже не было, и я просто вздохнула со странной грустью: «Жаль, что я не волк. Лег и уснул. Никакого тебе холода, никаких неудобств…»
— Ун, спать идешь? — это прозвучало, как голос Господа, хотя всего лишь Элгара… пусть даже Элгара! Хоть кого, ведь это такие нужные мне сейчас слова! Я подняла слезящиеся от напряжения глаза на парня. Эл с пониманием протянул мне руку, оценив мое шаткое состояние. Мы пошли к кибитке. Я еле переставляла ноги, прижимаясь к теплому оборотню. Тот обнимал меня и поддерживал. И мне было глубоко плевать в эти минуты, кто он по природе, что у него на уме и к кому какие чувства Элгар испытывает. Но когда я влезла в крытые сани и не обнаружила там доброй половины шкур, появилось ощущение, что меня жестоко обманули или кто-то просто решил поиздеваться надо мной, чтоб не хорохорилась больше перед хищниками.
— Да, шкуры разобрали на попоны… — виновато почесывая затылок, объяснил Эл, влезая вслед за мной, — Собирать их сейчас обратно нет смысла. Так что… сегодня я — твоя грелка.
Хотелось ответить ему что-нибудь… грубое, но я уже приняла горизонтальное положение, и все, что беспокоило и смущало меня, отошло на задний план. Едва ощутив спиной живое тепло, мое тело погрузилось в долгожданное забвение, а сознание пугающе быстро провалилось в полуобморочный сон.
Похоже, что первые часа три я действительно пребывала в коме. Но потом сон стал более рыхлым, чутким. Не открывая глаз, я ворочалась, жалась к горячему Элгару, а тот… уткнулся лицом мне в затылок и обнимал пониже груди, теснее притягивая, иногда сжимая так, что я просыпалась. В очередной раз недовольно промычав, я глубоко вдохнула (благо Эл отпускал мгновенно, будто сам боялся меня придушить) и поняла, что парень не спит, уже давно. Не стала ничего предпринимать, обмякла в его руках, притворяясь спящей, но оставалась начеку. Уже через минуту пальцы на моем животе осторожно пошевелились. Ничего криминального. Они просто лениво сминали ткань, и, спустя какое-то время, мне стало скучно. Голова тяжелела, напоминая, что стоит доспать положенные часы, иначе дорога будет невыносимо трудной. Но, только я начала погружаться в дрему, широкая ладонь скользнула на талию и дальше вниз, с легким трепетом изучая контуры тела. Она едва касалась одежды, но жар был вполне ощутим. Замерла на возвышении бедра… уверенно сжалась и провела ревизию до колена. Нетерпеливо метнулась обратно к животу, змеей протиснулась выше… Эл вошел в раж, позабыв об осторожности, и я незамедлительно «проснулась». Обеими руками вцепившись в обнаглевшие пальцы, отодрала их от себя и сомкнула локти на груди. Элгар не настоял и не возразил. Только шумно выдохнул мне в затылок, с ноткой крайнего раздражения.
— Ты греть обещал… — почему-то смущенно шепнула я, хмурясь.
— Так я и грею, — тоже шепотом усмехнулся он.
— Я ТАМ не замерзла, — обиженно буркнула я, слушая себя со стороны, и поняла, что опять включаю «малолетнюю дуру».
Элгар повернулся на спину, отпуская меня, и устало фыркнул, глядя в замшевый потолок.
— И откуда в тебе такая стойкая уверенность… — вслух подумал он.
Я заинтересованно обернулась, тоже перекатываясь на спину.
— В чем?..
