Эллиот полностью

– Я был таким же, ну, одиноким, когда только пришел в штаб, – сказал Эйприл и тоскливо улыбнулся. – Я тогда только-только узнал о смерти мамы, о том, что ей не удалось выжить в пожаре. А потом Хитори поведал историю об этой войне. Жить мне… не хотелось.

– Ты сейчас серьезно? – изумленно выдохнула я.

– Мне было некуда возвращаться, Элли. Моя мама умерла, а новая реальность слишком пугала. Я потерялся. Был сам не свой. – Эйприл слегка улыбнулся друзьям. Те слушали внимательно. – Но Сэм и Маршалл вытащили меня из того состояния.

Видимо, метод Сэма был действительно опасным, способным вывести на откровения кого угодно. Сразу после короткой истории Эйприла Алекс все-таки достал блокнот и протянул его мне, но тут встрял Сэм, без промедлений перехватив записи и отмахнувшись от запаниковавшего Алекса.

– Итак, всем внимание! Александр решил поделиться с нами чем-то сокровенным. – Сэм подмигнул Алексу, прокашлялся и принялся читать так, чтобы услышали все присутствующие за нашим тесным столиком. – «Я с рождения очень слабый. Часто болел, в результате чего потерял слух еще в раннем возрасте. Я старший в нашей семье: у меня есть три младшие сестры и два младших брата. Отец… он, сколько себя помню, всегда служил в армии. Был успешным, вечно занятым, недосягаемым и слишком далеким от нашей семьи. Отец был поглощен карьерой, а мама полностью посвятила себя ему, поэтому никто не обратил внимания на ухудшение моего слуха. Позже, когда я стал постарше, родители научили меня повторять движение их губ. Надеялись, что я заговорю. Но мой голос, судя по всему, звучал настолько глупо, что в школе я стал предметом насмешек. Один мой одноклассник издевался надо мной каждый день. То опрокидывал на меня поднос в столовой, то подставлял подножки на физкультуре. Со временем его методы стали все изощреннее. Иной раз я оказывался в мусорном баке, в другие дни поднимал свои растоптанные и разбитые очки».

Голос Сэма затих на последних строчках. О прошлой жизни Алекса ходили только слухи, никто еще не слышал его историю из первых уст. Даже Дай не стал скрывать своего сурового любопытства.

– Алекс, – позвала я парня, и тот посмотрел на меня, – почему ты в штабе?

Алекс вернул себе блокнот, помедлил, прежде чем перевернуть страницу, и протянул его мне.

«Мой отец построил успешную военную карьеру, значит, и я должен последовать его примеру, разве нет?..»

– Если ты еще хоть раз усомнишься в своей смелости, я всерьез рассержусь. – Я покачала головой, прикусив губу.

Я… я не знала, что еще сказать. Может, выразить Алексу поддержку? Или похвалить его за отвагу? Как еще люди реагируют на такие откровения? Конечно, я не бесчувственная корова. Я испытывала одновременно множество разных эмоций, но выразить их… не могла. Я не знала, как это сделать.

Подняв голову, я встретилась взглядом с Алексом. В его глубоких голубых глазах блеснуло понимание. Он улыбнулся, и мои плечи тут же опустились. Мне не нужно было ничего говорить. Мы поняли друг друга без слов.

– Видишь, – Эйприл ткнул меня локтем, – Сэм знает, что делает.

Весь последующий час эти двое вели оживленный разговор.

Эйприл появился в штабе задолго до моего прихода, поэтому Сэму было что о нем рассказать. Сэм вспоминал самые нелепые случаи, связанные с Эйприлом. Истории оказались такими теплыми и забавными, что даже Алекс не мог сдержать улыбки.

– Не могу поверить, что ты был таким неудачником. – Я покачала головой и сделала глоток пурпурной газировки. – А сейчас пытаешься казаться крутым.

– Хей, мне было всего четырнадцать, – рассмеялся Эйприл. – Чего можно ожидать от подростка с прыщами и суперсилой?

– Между прочим, ты именно ко мне и прибегал посреди ночи и просил выдавить тебе прыщи на спине. – Маршалл передернул плечами от этого воспоминания. – Тебе было стыдно ходить в майке на тренировки, а мне потом всю неделю снились кошмары.

– А как еще я должен был проверить нашу дружбу на прочность? – пошутил Эйприл. – Это можно было сделать только через огонь, воду и гнойные прыщи.