— Что-то серьезное? — незнакомый лорд неслышно подошел и остановился позади целительницы, стараясь не мешать и не загораживать свет, который и так едва пробивался сквозь раскидистые кроны деревьев.
— Еще не знаю, — ответила Эльмарис и закусила нижнюю губу, рана была скверная. Две набухшие царапины уже почернели, и кровь тоже окрасилась в странный, немного зеленоватый цвет. — Не дергайся, — предупредила девушка Лерса и принялась обрабатывать страшные раны. Эльмарис действовала медленно, сосредоточено. Все время боялась, что рука дрогнет, и она причинит боевику еще больше страданий. Но Лерс молчал, ни разу не вскрикнул и не дернулся, только следил за каждым ее движением из-под полуприкрытых век, да пытался держать улыбку на посиневших губах.
Когда с очищением раны было покончено, Эльмарис отложила свои инструменты в сторону, снова протерла руки обеззараживающим раствором и просто сжала пальцами предплечье боевика чуть выше царапин.
Раны были неглубокие, да и никаких важных сосудов и артерий не задето, но не это заставило Эльмарис нахмуриться. Когти сарги видимо были заражены, и теперь инфекция распространялась в крови адепта. Черное пятно быстро расползалось от раны по всей руке. Это было плохо.
Из лекций девушка помнила, что прежде чем начать сращивать сосуды и ткани необходимо очистить кровь от всех заражений. А этого на практике она еще никогда не делала, знала лишь в теории, как надо воздействовать в таких случаях. Немного волнуясь, Эльмарис пустила сразу слабый импульс и когда заметила, что черное пятно, расползающееся по руке Лерса, слегка замедлилось, добавила силы. Ее целительский дар был не очень силен, но сейчас девушке приходилось лишь молиться, чтобы хватило сил на борьбу с заражением. Как всегда в такие моменты, когда ей приходилось использовать собственную силу, она почувствовала, как потеплел кулон, что она всегда носила на шее. Откуда взялось это украшение точно, Эльмарис не знала, тетя Сайрин всего лишь сказала, что это принадлежит ей по праву рождения и снимать ни в коем случае нельзя. Но маленький прозрачный камешек всегда отзывался, стоило Эльмарис начать использовать свой дар и это помогало сосредоточиться и будто бы делало ее сильнее.
Сколько времени продолжался процесс исцеления, Эльмарис не знала, она смотрела внутренним взором на то, как ее дар медленно выжигает всю гадость, что попала в кровь Лерса, затем медленно, стараясь ничего не пропустить и не напутать, сращивала ткани и сосуды.
— Все, достаточно, — вдруг раздался мужской голос и на плечи Эльмарис легли чьи-то руки. — Дальше он сам. Регенерация уже началась.
Девушка дернулась от неожиданности, но прежде чем прекратить исцеление окинула взглядом поле своей деятельности. Да, незнакомый лорд был прав, следов заражения не осталось, а тело Лерса теперь само регенерировало и на коже адепта остались лишь два некрасивых шрама. Если так пойдет и дальше, то через несколько дней и от них не останется никаких следов.
Эльмарис вернулась к обычному зрению и отняла руки от плеча Лерса.
— Давайте убираться отсюда, — снова заговорил лорд и, обращаясь к Лерсу, добавил. — Ты как? Встать сможешь?
— Со мной все в порядке, — парень медленно встал на ноги, прислушался к себе, приподнял раненую руку и тут же скривился от боли. Хмыкнул. — У тебя все хорошо получилась, мелкая, — и голос у него все еще дрожал, а восковая бледность не сошла со щек, но боевик старался изо всех сил показать, что уже в полном порядке. Правда, неизвестно, смог ли он кого-нибудь обмануть своей показной веселостью? — Я, пожалуй, прощу тебе один поцелуй в обмен на свидание. И не благодари меня, — тут же добавил адепт, заметив округлившиеся глаза целительницы.
Эльмарис решила не вступать с ним в перепалку, потому промолчала и принялась складывать все свои склянки обратно в сумку.
— Идемте, — поторопил их лорд. — Я открою переход в академию.
— А как вы вообще сюда попали? — спросил Лерс. Эльмарис уже поднялась на ноги, и он крепко сжал в своей здоровой руке ее ладошку.
— Использовал кровную связь, — просто ответил лорд.
Но этой короткой фразы хватило Эльмарис, чтобы задуматься. Девушка окинула пристальным взглядом сразу лорда, затем Лерса и нахмурилась. Она, конечно, не оборотень, кровное родство по запаху определить не может, но как целителю ей видны некоторые физиологические особенности. Эти двое точно были родственниками, причем довольно близкими родственниками — в этом она была уверена.